79 вышал девушку среди остальных даже в том случае, если даритель не являлся её реальным женихом. Показательно, что в ритуальном общении парни нередко выражали возмущение поведением девушки-невесты, отрезая у неё ленту/косу. Так, если на посиделке девушка неоднократно отказывала парню в танце, он мог за непокорность укоротить ленту и даже косу, тому пример, произошедший в середине 1950-х гг.: «Когды-ле на посидке меня все Кондратий Конихин пригласить танцевать хотел, а я ему отказывала, дэк зял ды косу мою отрезал прямо на посидки. Дивно и отрезал, с четверь. Мне так уш не панно было. Я певунья была и танцевать очень любила. Отрезал, бат думал, что на посидку ходить не стану, я всё равно ходила,, а потом коса отросла. <...> Девки и ребята нодо мной не смеялись» (ПМА. Записано от П.Г. Бабиковой, 1932 г.р. в д. Чукчино в 2000 г.). Для девушки-невесты укорочение косы было достаточно суровым наказанием, которое на определённый период времени принижало её красоту. Неслучайно в коми свадебной традиции одну из последних «девичьих» ночей девушка проводила в присутствии подруг, которые охраняли косу от недоброжелателей (Плесовский 1968). Полный набор украшений девушка могла использовать лишь после приглашения её в круг совершеннолетней молодежи. Среди девичьих головных уборов распространёнными были повязки различного шитья, которые носили повсеместно в России. В настоящее время традиция их ношения изжита, и составить описание удалось по коллекции А.В. Журавского, где представлены фрагменты двух видов повязок: 1) повязка- позатыльник/позатылень из льняного полотна, окрашенного в красный цвет, на подкладке, состоящего из очелья и затылочной части; расшита бисером белого, голубого, чёрного, зелёного цветов, на каждой из частей узор самостоятельный и завершённый; 2) очелье из неширокой плотной полосы золотого шитья. На знаковом уровне головное украшение девушки, достигшей совершеннолетия, было одним из символов девичества, воплощением красоты, свободы, достоинства. Несмотря на скептическое отношение истых староверов к ношению ювелирных изделий и устрашениям старцев о предполагаемых муках в загробной жизни за украшательство, в семьях с достатком всегда готовились к поре девушек, собирали приданное, шили наряды. К совершеннолетию у большинства девушек-невест (по достатку семьи) имелись броши, серебряные цепи, золотые кольца и серьги (чуски), медные/золочёные запонки; металлические украшения ко всему прочему считались и надёжным оберегом. В число волосных атрибутов входило украшение флаг, состоящее из цветных атласных лент, прикреплённых к проволоке, при помощи которой его крепили к косе. Самым дорогим девичьим головным убранством был хаз (рис. 8). Для его изготовления брали различные виды тканей, в том числе существовали и разные цветовые решения: на очелье использовали широкий позумент, который по низу расшивали речным жемчугом, широко распространённым для украшения головных уборов по всему северу и северо-западу России. Затылок украшали шелковыми или полушелковыми тканями одного вида, а ленты - из другого. Изделие фиксировалось на голове при помощи потайных завязок; ленты являлись декоративным украшением, их перекидывали половинным узлом. Девушки из богатых семей имели по два-три таких украшения. В них ходили на горочные гуляния, рождественские посиделки, участвовали на девишнике, а подружки невесты - золовки - и на свадебном гулянии. В начале 1930-х гг. хаз, по рассказам устьцилёмок, оказался не востребованным и оставшиеся в семьях головные повязки донашивали девочки восьми-десяти лет: «Хазы шили из строк - с сарафана старого выпарывали и шили. В коллективизацию молодёжь стала носить косынки, хас стали шшытать некрасивым, застарелым, потом их маленьки девочки донашивали - недороски восьми-десяти лет. Шшэго- ляли по улицам буд-то невесты» (ПМА. Записано от М.И. Кучеренко (Носовой), 1923 г.р., м/р с. Усть-Цильма записано в п. Синегорье). Замужние женщины заплетали две косы (у височной части), перебирая пряди вовнутрь (к себе) и крепили вокруг головы при помощи ленты или гасника. Волосы мыли один раз в неделю и косы носили не расплетая «от бани до бани». В случае, если косы были тонкими, подкладывали валик (кит), сверху надевали кокошник, поверх него повязывали платок (рис. 9). В повседневном ношении платок завязывали двумя способами: узловым креплением на затылке половинным узлом, при этом концы свободно спадали, и узловым креплением на затылке, а концы платка сверху затыкали за узел, такой способ ношения зафиксирован в пижемских селениях. В середине XIX в. головные уборы в виде шапочки были представлены разными типами, которые подразделялись на подтипы: кокошник типа моршень, кокошник на твёрдой основе, кокошник типа сборника, самшура, повойник типа чепца. Территория распространения кокошников и самшур в основном совпадает с древней Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=