85 книгах в назидание хозяевам, по требованию обучал церковной грамоте. Бывало и такое, что, увидев крестьянина или крестьянку за работой в праздничный день, шёл к ним в дом и поучал: «Дядя Гаврил шипко грамотный был, шипко много книг читал. В старый праздник шёл из магазина и увидел: Ваниха полоскаться (полоскать белье в реке — Т.Д.) пошла. Пришёл домой, сумку оставил и пошёл к Ванихе, говорит: “Пойду к Ванихи, надо научить, а то блудит. Люди в праздник моляцце, а она стират. Блудит."»1. Подобные визиты воспринимались крестьянством с благодарностью, поскольку в советский период чаще всего правила нарушались по незнанию, и, бывало, жители деревни просили грамотных оповещать о предстоящем празднике заранее. 1 ПМА. Записано от Бабиковой А. М. в 1999 г. в д. Чукчино. 2 ПМА. Записано от Вокуева В. Т„ 1928 г.р., е с. Усть-Цильма в 2002 г. 3 Малышев В. И. Усть-Цилемские рукописи ХУН-Х1Х вв. исторического, литературного и бытового содержания // ТОДРЛ. М.; Л., 1961. Т. 17. С. 564. 4 Красовская Ю. Сказители Печоры... с. 13. 5 ПМА. Записано от Вокуева В. Т„ 1928 г.р., в с. Усть-Цильма в 2002 г. В периоды приездов ученых в Усть-Цильму Гавриил Васильевич всегда встречался с ними, интересовался целью их приезда. Неоднократно он встречался с В. И. Малышевым, подолгу беседовал с ним и поначалу не одобрял его за то, что археограф ходил и просил книги у крестьян, которые вывозил из района. Как вспоминал В. Т. Вокуев, «подолгу спорил с Малышевым и выспаривал у него» 12. Но вместе с тем Гавриил Васильевич почтительно относился к Владимиру Ивановичу, считал его «самостоятельным и уважительным» и в последующие приезды уже оказывал некоторое содействие учёному. Книжница старца была укомплектована 49 книгами, 17 из которых впоследствии он передал В. И. Малышеву. В свою очередь Владимир Иванович, с пониманием относясь к старцам — хранителям рукописной книжности, писал о них: «у них по преимуществу и были сосредоточены оставшиеся рукописные книги. Некоторые владельцы до сих пор в своём быту пользуются этими книгами. Другие, не читая рукописи, чтут их как дорогое наследие дедовой и отцовой старообрядческой старины. Эти люди боятся, чтобы книги не попали в случайные и ненадёжные руки»3. Гавриил Васильевич был знатоком былин, исполнению которых научился от деда и отца. Д. М. Балашов после встречи с Г. В. Вокуевым оставил в своём рабочем дневнике следующие сведения: «Знает былины о Дюке Степановиче, о бое Ильи Муромца с Сокольником и об Илье Муромце и Соловье-разбойнике. В его присутствии Бога не хулить, не курить, не пить... Уговорить петь нелегко, но должно. Следует проявить много такта и наГ. В. Вокуев во время исполнения былин. Фото С. Лидова, 1970-е гг., предоставлено И. В. Кутеповой. стойчивости. Полон чувства собственного достоинства и кротости. Слава и деньги для него не суще с т в у ю т (разрядка моя — Т.Д.)»4. В его исполнении фольклористами были записаны на магнитофон былины, впоследствии перенесённые на виниловые пластинки. За исполнительский труд старцу был прислан гонорар, который он не принял, поскольку расценил деньги как нетрудовые и раздал их старухам; Василий Трифонович вспоминал об этом: «за исполнительский труд фирма «Мелодия» прислала гонорар — 189 рублей 20 копеек. Дедя Гавриил задумалсэ, чё и делать с даровыми (незаслуженными — Т.Д.) деньгами, пошёл ды и раздал старухам. В другой раз прислали боле денег — 390 рублей. Тоже долго бедакался: за что прислали, я ведь не робил, только побренчал. Тоже старухам раздал»5. Подобные действия и поведение начётчиков свидетельствуют о них как нестяжателях, что расходится со сведениями миссионеров и историка Ю. В. Гагарина, писавших о духовных лидерах как о «грабителях трудового народа». Гавриил Васильевич прожил 94 года и до последКоми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=