143 чтобы прислали ему печатное издание, да чтобы “буквы были покрупнее"»1. Ещё в середине XX в. усть-цилемские старики показывали В. И. Малышеву место остановки Аввакума, когда его с «соузниками» везли в Пустозёрск. 1 Малышев В.И. Пижемская рукописная старина... с. 470. 2 Волкова Т.Ф. Древнерусская литература ...с. 9-24. 3 О ленивых. «Друзи и братия, не уподобляйтеся ленивым, недолго спите, а ставайте рано, ложитеся поздно, молитеся Богу, да не внидите в напасть. Ленивому добра не видати, а горя не избыти, спасения не получити и Бога не умолити, грехов не очиститися, чести и славы не получити, красных риз не носити, сладкаго брашна не ядати. У лениваго хозяина в доме безпорядки: крыша худа, снег и дождь у него в гостях, а изба стоит на боку, а голодная скотина стоит без сена, а ребятишки полунаги без хлеба. У ленивой хозяйки в доми поп не мыт, печь и трубы едва стоят, а у самой платьишко едва закрывает стыд. У ленивой хозяйки в избе сор и шал во всяком углу, а из червей и тарканов хошь уху вари. Ленивые хозяева летом росу просыпают, а зимой ни хлеба, ни сена не видают, да того ради братия и сестры не подобает никому ни пениться, да зде не будем гладни и жадни и в будущем не получим вечных мук. См.: Волкова Т. Ф. Поучения против лени в круге чтения старообрядцев Нижней Печоры // Старообрядчество: история, культура, современность. 2004. Вып. 10. С. 77-78. 4 Волкова Т. Ф. Поучения против лени в круге чтения ...с. 66. 5 Мелехов М. В. Письма к родным печорского старообрядческого писателя С. А. Носова // Староверие на европейской части России. Сыктывкар, 2006.114. 6 Мелехов М. В. Нравственно-этические воззрения последнего печорского старообрядческого писателя С. А. Носова (на материале писем и сновидений) //Духовное наследие народов Республики Коми: история и современность. Материалы Всероссийской научно- практической конференции «Редкие книги в фондах современных библиотек, архивов, музеев. Сыктывкар, 2009. С. 67. 7 НА КНЦ УрО РАН. Ф. 5. Оп. 2. Д. 568. Л.42. 8 Ильинский П. Задачи миссионерства на Печоре//АЕВ. 1900. № 17. С. 444. В усть-цилемской среде широко бытовали рукописные сборники, создаваемые местными переписчиками, привносившими в тексты назидательного характера своё видение и понимание 12. Т.Ф. Волкова, в частности, рассмотревшая списки «Слова о ленивых», пишет: «“Слово” представляет для нас интерес не только в силу его бытования на Печоре, но и потому, что на основе именно этой версии “Слова о ленивых” на Печоре были созданы в XIX в. свои местные редакции3, по-новому развивающие тему лени и её губительных последствий для человека. Печорские крестьяне дополнили афоризмы своих средневековых предшественников личными весьма конкретными и реалистическими наблюдениями над жизнью и бытом некоторых своих обленившихся односельчан. < . > Печорский книжник И. С. Мяндин, известный исследователям севернорусской книжности как редактор древнерусских повестей, вносивший в текст источников много нового, насыщая их идеями и темами, волновавшими печорских крестьян, меняя зачастую и композицию, и сюжет повестей, упрощая язык»4. Последним известным печорским писателем-переписчиком был С. А. Носов (1902-1981), в творческом наследии которого наибольшую научную ценность представляет цикл из 19 автобиографических видений — небольших по объёму эсхатологических сочинений, сопровождённых автором 12-ю пояснениями-комментариями5. Предметом исследования является и эпистолярный жанр, в частности письма Степана Анфиногеновича к дочери Розе, в которых, как пишет М. В. Мелехов, рассматриваются «нравственноэтические воззрения, то есть те духовные качества, которыми он, как последний не только писатель, но и самый грамотный в вопросах “старой” веры в 60-70-е гг. XX в. старообрядец, руководствуется в суждениях о времени, о современниках и о себе»6. В советский период с его идеологией Степан Анфиногенович стремился через свои видения и личные драматические переживания уберечь усть-цилемских читателей от ошибок, главной из которых считал отход от веры. Традиционно книги в семьях находились в ведении стариков и старух. Они обучали детей и взрослых чтению, разъясняли толкования. В воскресные и праздничные дни в кругу семьи читали вслух, что являлось благочестивым времяпровождением. По-прежнему для старовера считается «греховным» иметь книги и не читать их: «Держишь у себя книги да не читаш, дек тольки во вред себе. Грех эть это большой»7. Хотя книги были в каждой семье, но не всем разрешалось читать их перед иконами, главным критерием называется навык в чтении. В большинстве случаев книги при чтении располагали на обеденном столе. Книги, рукописи всегда находилась в обращении: их брали читать родственники и соседи, после смерти владельца книги передавали по наследству или в пользование сведущим грамоте староверам, бывало, что раздавали остатками (в память об усопшем). Но никогда книги из семейных книжниц не продавали — считалось грехом. Ещё до середины XX в. в каждой семье имелись Псалтырь и канонники, последние чаще в рукописных вариантах. Печорский миссионер П. Ильинский в 1903 г. писал: «Псалтырь более других книг знакома раскольникам и имеется почти в каждом доме»8. Женщины считали «душеполезным» делом по воскресеньям читать апокриф «Сон Богородицы», представленный в Усть-Цилемском районе разными списками. «Сон» рассматривался как оберег, иные женщины его носили повседневно в кармане одежды, и поэтому текст переписывали в небольшие по размеру самодельные книжицы; украшением являлись расписанные на книжный манер заглавные буквы. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=