246 ществляли с деревенскими жителями, которые характеризовались как нелюдимые, т.е. недружелюбные, как бы выпавшие из жизни общины; говорили, что их, таким образом, образумливали. В этой игровой форме демонстрировалось усвоение детьми норм правильного общинного поведения и способность оценивать ситуацию, выявлять людей, которые по жизненным принципам отличались от остального (единого) сельского мира. Дети выступали своего рода учителями. Святки Тема Света в сакральном пространстве святок успешно раскрыта на русском материале в работе Л. А. Тульцевой, где показаны, проанализированы обряды и обычаи,направленные на обновление поколений1. Участие детей (отроков) в обрядах календарного цикла в культуре усть-цилемских староверов было эпизодическим и одним из ярких их включений были святки. Возрождавшееся солнце и Рождество Христово прославляли (славили) именно дети, ходившие со «звездой» и исполнявшие славление Христа 12, о которых говорили, что они несли свет в дома, за что щедро вознаграждались от хозяев сладостями и выпечкой. Славление было началом включения их в обрядовую жизнь общины. В усть-цилемской культуре в рождественский период также звучали величания (детям, молодёжи, взрослым), коляда — песнопения, призванные «гармонизировать биоприродную и человеческую картину жизни нового солнечно-годового цикла»3. 1 Тульцева Л. А «У Бога Света всего доспето»: сакрально-световое пространство русских святок и новые поколения рода-племени //Церковные праздники русского народа: от прошлого к настоящему / Отв. ред. О. В. Кириченко. М., 2011. С. 259-344. 2 Важнейшей особенностью староверческой культуры является гибкое отношение ее представителей к историческому процессу/ изменениям, когда для спасения веры, традиции приходилось идти на ухищрения. Например, в первые годы становления советской власти в Усть-Цильме в Рождество дети в домах революционеров и партработников вместо славления Христа пели интернационал, с тем чтобы активисты не устанавливали запретов на традицию, а одноверцам — традиционные духовные тексты. 3 Тульцева Л. А. «У Бога Света всего доспето»... с. 260. 4 Кормчая (Номоканон). СПб.. 1998. 5 Красивый. 6 ПМА. Записано от А. И. Дуркиной, 1912 г.р., в д. Чукчино Усть- Цилемского района в 2002 г. Одним из противоречий в культуре староверов, как впрочем, и всех церковно-православных, были ряжения, которые по-разному рассматривались церковью и народом. Строгими церковными правилами подобные «бесчинства» строго запрещались, особенно облачение в одежду противоположного пола: «Да не будет утварь мужеска на жене, ни да облачится муж в ризу женску: яко мерзость есть от Господеви Богу твоему всяк творяй сия; <...> Никакому мужу ни одеваться в женскую одежду, ни жене в одежду мужу свойственну, ни носити личин комических и сатирических»4. За нарушение церковного правила христиан следовало подвергнуть отлучению от соборного общения, а после покаяния они должны были исполнять епитимии. Но на практике все было иначе — это были любимые народные забавы, которые признавались «отеческими», а значит, не подлежали забвению. Молодежь следовала заветам отцов, и древняя традиция ряжений неуклонно соблюдалась. Травестийные формы переряжевания были наиболее популярными. Облачались как в нарядную (добру), так и в изрядно изношенную (худу) одежду. Наибольший интерес вызывает ряжение парней в нарядную женскую одежду, связывавшееся с понятием «брака». Этот обычай практиковался до середины 1930-х гг. и являлся одним из способов выбора невест. Для этого сельские женихи договаривались между собой, определяя день для подобного ряженья, и просили наряды у приглянувшихся им девушек, что на знаковом уровне для каждой из них было оповещением о намерении парня её невёстить. Их поведение было наполнено достоинством: ходили в дневное время, соблюдая правила ношения праздничной одежды, главными из которых были неспешная величественная походка, высокое держание головы. Ряженые ходили по домам и исполняли величальные песни: коляду или виноградие, в котором величали хозяев. Окружающие старались определить принадлежность одежды и распознать в ней парня, чтобы впоследствии в сельском кругу обсудить предполагаемую пару. В благодарность за оказанную услугу в масленичную неделю парень приглашал девушку проехаться на лошади по селению и, если девушка соглашалась, то парень садился в санях слева от неё, что для односельчан служило знаком рождения брачной пары: «Парни брали у девок наряды: баски матерчаты платы, сарафаны, рукава, ходили по деревни, машкоровались, а потом приглашали в заговнё девок прокатицце на лошади. Гзнели в баских лежанках, парень девку приглашат, то уж невестить ей будет. Молоды первого года женитьбы опеть так ездили: молодой муж садился на колени свой жены — это он как хвалил свою жену. А бабы и мужики стоят по бокам дороги, смотрят, песни поют, все в баской5 одежжы»6. Религиозной традицией запрещалось переодевание в различных «героев», в особенности это касалось надевании масок (личин), что рассматривалось как глумление над Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=