55 с центром в с. Усть-Цильма1. Проводившееся в 1960-е гг. в рамках общегосударственных программ (перестройка партийного руководства и народного хозяйства) реформирование территориально-административного деления двух соседних районов должно было разрешить ряд вопросов, наиболее значительными из которых были распределение территорий для выпаса оленей коми- ижемцами и борьба со старообрядчеством 12. Прибывшие в Усть-Цильму ижемские партийные функционеры возглавили борьбу со староверием: отнимали святоотеческую литературу, иконы и сжигали на глазах верующих; ужесточили меры по запрету проведения религиозных служб и требоисправлений, а в случае их выявления разгоняли староверов; запрещали ношение традиционной одежды и появление в ней в государственные учреждения и т.д.3 В итоге объединение двух различных по этническому и конфессиональному признакам районов привело к обострению взаимоотношений сторон4. В 1964 г. Ижмо-Цилемский район были расформирован. В настоящее время напряжённость между устьцилёмами и коми-ижемцами в целом снята, поскольку отрегулированы былые спорные вопросы о землевладении, но предвзятое отношение сторон осталось. 1 О взаимном неприятии ижемцев и устьцилемцев друг к другу было хорошо известно административному руководству области из докладных секретаря Ижмо-Печорского УКОМа ВКП(б) Иевлева в Коми Обком ВКП (б): «Мы (ижемцы) с Усть-Цилемцами части одной и той же партии, казалось бы между нами должны были быть самые добрососедские отношения. На самом деле мы с ними во враждебных отношениях... Я стараюсь всячески предотвращать враждебное и недоверчивое отношение к Усть-Цильме среди части наших работников. Но сделать это нелегко... Влюбленность у некоторых ижемских работников во все ижемское — самая неумеренная. Они считают и даже говорят. Что Ижма кормит остальную область. К большому несчастью такими «нацистскими» настроениями поражены не только уездные работники, но и всё население» II «Из письма секретаря Ижмо-Печорского Укома ВКП9Б0 Иевлева в Коми обком ВКП(б) от 26 апреля 1928 г.». 2 Центральный государственный архив Республики Коми: Путеводитель. Сыктывкар, 1992. С. 297. 3 Дронова Т. И. Одежда староверов Усть-Цильмы: традиционные типы и функции в поверьях и обрядовой культуре / Отв. ред. И В. Власова. Сыктывкар, 2011. С. 17. 4 Дронова Т. И. Территория как один из дифференцирующих факторов в этноконфессиональном самосознании нижнепечорских староверов //Коренные этносы Севера Европейской части России на пороге нового тысячелетия: история, современность, перспективы. Сыктывкар, 2000. С. 243-244. 5 Максимов С. В. Год на Севере... с. 404. 6 НД КНЦ УрО РАН. Ф. 5. Оп. 2. Д. 670. Л. 20. 7 Дронова Т. И. Русские староверы-беспоповцы Усть-Цильмы: конфессиональные традиции в обрядах жизненного цикла /Отв. ред. Т.А. Бернштам. Сыктывкар, 2002. С. 59. В культуре усть-цилемских староверов разграничение на «своих» и «чужих» убедительно представлено по этническому и конфессиональному признакам. С. В. Максимовым записана от устьцилёма емкая характеристика ненцев: «Любят ведь они мясо-то и сырьём жрут, так,— пар тебе идёт от неё, кровь течёт с неё, а ему-то тут, нехристю, и скус, и глазёнки-то его махонькие все радостью наливаются. Это ведь не русское племя»5. В рассказах об иноэтничных соседях подчеркиваются их антропологические признаки — узкие, маленькие глаза, приплюснутый нос: «глаза узки, носы плюски — зырянин/самоди». Непросто воспринимается оседлыми устьцилёмами преимущественно кочевой образ жизни ненцев и оленеводов коми-ижемцев, породивший в сознании оседлых русских образ двух последних групп как неких мифических инородцев, «диких» людей. Возведение чумов напоминало им звериные логова: «домов рубленых не имеют, всю жизнь как звери норы себе строят». Ещё в середине XX в. усть-цилемские дети кричали вслед ижемским оленеводам, перегонявшим через их селения оленей: «комики, комики, где ваши домики?». Крайне негативно воспринималась их пища и её нехристианский приём: «оленя режут, тут же кровь пьют, мясожорют, хошь язык себе отрежут»; «они как животные, мясо сырым едят, не варят»; «ненцы и коми на ходу едят: уж глаза не перекрестят». Презрение вызывала беспомощность ненцев в торговых операциях: «к ним приедут торговцы пушнину закупать, а они и не знают сколько денег спросить надо. Их бенных опеть и обманут» и отсутствие норм гигиены: «в байны не моются, ходят глаза все в гною, а упичканы ти упичканы». Об отрицательном отношении ненцев к бане у устьцилёмов есть своё объяснение: «Как-то раз при перегоне стада на другое место ненцы остановились рядом с деревней и приняли приглашение деревенских жителей помыться в бане. На следующий день начался падеж оленей (по-другим данным олени ушли в лес -Т.Д.). С тех пор ненцы в бане не моются»6. Сравнение коми-ижемцев и ненцев с «дикими людьми» связывается у устьцилёмов и с якобы имевшими место нарушениями норм, регулирующих социальную жизнь общества: родовой эндогамии и кровосмешения (инцеста)7. В свою очередь нравственный облик русских соседей в представлении коми-ижемцев также оставлял желать лучшего. Прежде всего, у ижемцев вызывало недоумение игнорирование староверами таинства венчачания, о чём также писали исследователи прошлого столетия: «Общий уровень нравственности устьцилёмок очень невысок, и едва ли незаслуженно пользуется в этом отношении дурною славою на весь Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=