Исследования придавали большее значение, но именно они чаще всего являлись и причиной детской смертности. В число обязательных приемов входило растирание ребенка в бане с тем, чтобы снять мышечную натуженность, и тугое пеленание, по С.В. Максимову, «чтобы не выросло дитя уродом».33 До года ребенку запрещалось показывать огонь, чтобы не развить косоглазие и не вызвать испуг; выносить его на улицу, поскольку он еще не имел способности самозащиты; подносить к зеркалу, чтобы в него не вошла «бесовщина». Нервозность младенца объясняли вселением в него злых сил, которых изгоняли радикальными способами: окунали дитя в ледяную воду или опрыскивали ею через уголь до судорожного состояния ребенка.34 Были и другие приемы того же рода. Смерть младенцев не вызывала большого горя. Не исключено, что, с одной стороны, это было связано с религиозными воззрениями о благе безгрешной души, с другой - житейским рассуждением о том, что дети «дело наживное».35 В доме ребенка первоначально клали на кровать родителей, где домочадцы внимательно его рассматривали, угадывая черты сходства с ближайшими родственниками. Первое общение с ним было недолгим и после этого, чтобы не оставить на ребенке «тяжесть взгляда», взрослые традиционно сплевывали налево и вслух произносили: «На пусто лес». Мать умывала лицо младенца водой и вытирала внутренней стороной подола своего сарафана, также снимая с него «тяжесть» от общения с людьми. В день появления ребенка в доме приступали к обустройству его территории. В течение первого года жизни он большую часть времени находился в своей колыбели - зыбке, про которую говорили: «Зыбка ребенку вторая мать». На мифологическом уровне креплением зыбки за матицу обеспечивалась забота о младенце со стороны У колыбели. С Окунев Нос. 2004 г. Фолю Т.Н. Дроновой. предков,36 а ее подвешивание, означало порубежное состояние грудного младенца. По традиции зыбку - четырехугольный ящик на шесте - должен был изготовить дед ребенка. Для изготовления колыбели использовали ель или сосну, фон ранее расписывали красным цветом; позднее стали использовать и другие цвета, но внутреннюю сторону зыбки полностью покрывали красной краской. У изголовья колыбели рисовали крест, служивший, по верованиям устьцилемов, самым надежным оберегом. Зыбку девочек расписывали цветами, мальчиков - конями.37 Поскольку чаще всего колыбель передавали по наследству, то орнамент мог и не соответствовать полу нового ее владельца. Наследственную зыбку тщательно мыли и кадили; с особой тщательностью это делали в случае смерти предшествующего ребенка: с молитвами мыли речной водой, в летний период непосредственно на реке, и, разумеется кадили. Считалось, что чем дольше колыбель находилась в пользовании, тем «обжитей» она становилась, и новорожденному было безопасно находиться в ней. Большое значение придавали и магическому оснащению зыбки: на ее дно у изголовья ребенка клали высушенную пуповину младенца для избавления от болезней и сглаза, стелили сено или солому и покрывали ветхой тряпкой; на Пижме вместе с пуповиной клали сухие вербовые веточки с божницы. Сверху зыбку закрывали пологом из старого сарафана матери, оберегавшим не только новорожденного, но и всех детей. С внутренней стороны развешивали разноцветные животкй - лоскутки, служившие помимо оберегов и в качестве первых игрушек. Таким образом, через зыбку ребенок как бы наследовал родовые традиции и социализировался в семье. Появление первых зубов знаменовало начало следующего этапа в жизни ребенка: зубастого ребенка разрешалось показывать дальним родственникам и некоторым, преимущественно доброжелательным, сельским жителям. Младенцев с прорезавшимися зубами называли старичками, и в разговоре взрослые интонационно подчеркивали определенную силу ребенка: «Большой (ая) вырос (ла), уж кусачче мож». По случаю появления первого зуба дедушка и бабушка ребенка дарили внуку/ внучке деревянную расписную ложку, что символизировало его будущее участие в общей трапезе. Мать шила ему первую длинную рубашку. Последовательность вхождения ребенка в жизнь семьи отражена и в детском фольклоре, в первую очередь в колыбельных песнях, включенных в общую систему традиционных представлений, которые пелись с первых дней его жизни.38 Баюкания исполняли обычно пожилые женщины, чаще бабушка ребенка. Тематика их была разнообразна. Посредством колыбельных песен младенца информировали об_окружающем мире, об основных хо- библиотекаГа Коми научного центра / УрО РАН А Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=