92 Словом, создавалась радушная атмосфера празднования, которая и должна была повлиять на благополучным исход уборочных работ и образование брачных пар. Встретив солнце, поутру молодёжь расходилась, и с Петрова дня наступали трудовые будни. В годы советского строительства в этот обычай были привнесены некоторые изменения, связывавшиеся с местом его проведения. Жизнь на селе изменилась, отпала надобность в семейном переселении на луга, но обычай варить петровщину остался. В 1960-80-е годы устьцилёмы на моторных лодках выезжали за реку вечером, а под утро возвращались обратно. Ныне петровщину варят вблизи поселений. Несмотря на изменения, главное в традиции - это объединение людей, утверждение в родстве, желании сохранять этническую и конфессиональную общность, вековые обряды. Летние усть-цилемские празднования вызывают восхищения у приезжих гостей, ежегодно съезжающихся к дням проведения горки и петровщины. Кто-то из них дружелюбно называет петровщину «несанкционированным пикником», удивляясь масштабности этого уникального обычая. Как и прежде, устьцилёмы семьями выходят на берег и варят кашу. Сохранить традиции жителям Усть-Цилемского района помогли вера и опыт поколений. Летние уборочные работы Сенокосная пора была чрезвычайно трудоёмким процессом, продолжительность рабочего дня иногда определялась 10-12 часами с непродолжительными перерывами на обед и отдых: рано утром по росе косили, днём и до заката солнца занимались стогованием. По этому поводу говорили: «на лето человека из дерева делали», выражение передаёт недюжинную выносливость, выдержку людей. Но, несмотря на суровый трудовой ритм жизни, молодёжь на огнище устраивала забавы: жгли костёр в месте приготовления пищи (поварня), вокруг которого девушки пели песни, водили игрища: «Придём уж поздно, до закатного робили. Будто таки все опристанем. Поедим, балайка заиграла и вся усталь прошла. Тут поём, ихам, бабы, мужики тоже радуцце и будто силы у всех прибывают, сидим у костра. Д утром как ни в чём не бывало на работу»83. Особо ожидаемым случаем сенокосных развлечений молодёжи была езда по огнищам: молодежь парами верхом на лошади объезжали сенокосные становища, где принимала угощение от хозяев и веселилась. Основанием к таким выездам был первый поставленный стог сена, о котором следовало сообщить округе / «всему белому свету»: «Мы-то уже ездили в совецко время, когда бригадами робили, в 50-е годы. Зарод смечут мужики и кто постаре скажот, можете по огнишшам ехать. Мы радёхоньки. Д до зарода не ездили. Едём песни поём, ребята свистят, только лес шумит да везде отдават - едем радуемое. Едем парень с девкой: парнень промежног, девка зад и на бочку сидит, хто с кем дружились. так и садились. Приедем спрашивам есь ле у вас зарод. Ране ведь так, кто первой поставят, те и первыми ездили. Бывало, первыми к нам приезжали. Первой зарод - ето беда больша радось была, говорили к Ивану первой зарод - благополучие на год. После работы уж в ночь поедем в соседнюю бригаду, там нас чаем поят, на балайке играм, песни поем, кадрели пляшом. Беда весело жили. Приедем обратно, 3-4 часа поспим и на работу. Мужики да бабы нас спрашивают: есь ле у кого зароды, так и жили»84. Лето было периодом, когда молодёжи позволялось открыто проявлять свои чувства друг к другу, и сенокосная пора, объединявшая всех жителей деревни, была одним из таких мест. И это не порицалось, наоборот, взрослые с радостью приветствовали «баловство» парней и девушек, отмечая новые пары, а к зиме ожидали свадьбы: «Я парню понравилась и он так меня в охапку берёт и перевёртыват меня, катат по земли. Пошшо- то все так баловались, ничего худого не было. Ребята своих девушек возили по огнищам: парень в седле, а девушка за ним на бочку. И если девушке парень тоже нравился, то она к другому ездоку уже не садилась. Так и присматривались друг дружки»88. Девушки пели: Не одна на сенокосе, Не одна на полосе. Не одна я завлекаю, Завлекают девки все8б. Ещё одной особенностью поведения молодёжи были шутки, порой неоднозначные. Из рассказов наиболее часто называются банные истории: «Когды ле на сенокоси робили, Алексаниха девкам подсказыват, вечером ребята пойдут е байну, подте сделайте им веник, да крапиву положте, пусть ребетишки по ее- ретии полетают. Стали парицце и кто посмеле, те выбегают из байны - только мошня легаецце, скорёхонько в реку'. Ругаюиде - это Алексаниха стара хов- ра девок научила. И никто не обижалсе, все понимали шутки, потом смеюцце. Она выдумщица была, всегда какую-нибудь придумку девкам бросит»87. Взрослые женщины поучали девушек и являлись их защитницами. Важно то, что парни ожидали от девушек подобных игровых «настроений» и, если те не проявляли интереса, то выражали недовольство их пассивностью. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=