32 парня, если в семье рождалась девочка, то на неё пая не было. На мужчину в год начисляли по три-четыре дерева и в деревне всегда договаривались мужики, кому надо было чё строить, брали лес взаймы, а потом отдавали. Вот парней пуще и берегли»''03. Критерием перехода девочек в следуощуо возрастнуо группу было их физиологическое созревание и знание песенно-игрового репертуара. В летний период все трудоспособные представители семьи занимались земледельческими и сенокосными работами, рыбным промыслом. Фа сенокосе дети трудились наравне со взрослыми. Фесмотря на разделение на мужские и женские работы, труд строился на исключительиой взаимопомощи. Женщины в случае необходимости наравне с мужчинами занимались стогованием сена, рыбачили, но женскуо работу по дому выполняли всегда сами. В народной культуре благополучная жизнь мужчины и женщины не мыслится вне их единства, а их взаимоотношения во всей полноте раскрываотся в культурологической оппозиции мужской / женский, характери- зуощей «все сферы человеческой и природной жизни, а также мифологические, религиозные, этические и обыденные представления, противвпоставляощеа мужское и женское начало в категориях пола, грамматического рода, символики и обрядовых функций»110. Исследователи XIX века отмечали, что в судьбах старообрядчества, сохранении староцерковной и старорусской культуры значительная роль принадлежит женщине. С.И. Смирнов, писал: «Женщина Древней Руси во все века неизменно была проникнута господствовавшим настроением религиозного консерватизма: сначала она охраняла старорусскуо веру, когда на смену её пришла новая греческая, а после - “старый" русский обряд, когда на его место вводили греческие же “новшества1'»11’. * Сак и молоха - два различных положения бараньи ‘коленный сустав барана, используемый для игры в кости'. В усть-цилемских деревнях мудрые жены в семье всегда очень высоко ценились, по этому поводу и ныне говорят: «Дом ведётся бабой», «Житье живётся бабой»; «Добрая жена на земле и на небесах спасёт», т.е. толковая жена наставит работящего мужа на на- дежнуо семейнуо жизнь, а после его смерти отмолит грехи. Ф.Е. Ончуков отмечал, что «жонка ценится всяким устьцилёмом, конечно, и как жена, и как хозяйка, но ещё и как знаток и хранительница старов е р с т в а (разрядка в цитате - Т.Д.)»1’2. Повсеместно считается, что благополучная атмосфера в семье зависит от женщины, её деловитости, покладистости, умения разрешать конфликтные ситуации. В паремиях отражены различные житейские семейные стороны жизни, такие как взаимопонимание супругов - «Жили не блажили»; «Живут в одно слово падают»; «Живут в одном тели», и несовпадение в делах и мнениях - «Живут как сак да молоха"». «Живут как непарны катанцы». Хвалебные слова односельчан были адресованы женщине как в случае семейного благополучия, так и в иной ситуации - виновницей чаще называли жену и приводили присловье: «Муж пьёт - один угол горит, жена пьёт - все четыре горят». О смиренной, покорной, молчаливой жене церковные учителя писали: «Добра жена и покорлива венец мужу своему есть»113. В семейных книжницах имелись Цветники, выписки из них с поучениями для женщин религиозно-нравственной направленности, чтение которых и применение правил в жизни, безусловно, выводило женщин на более высокий уровень духовного развития. Большой популярностьо у усть-цилемских читателей пользовались назидательные новеллы из «Великого Зерцала», поучения из «Пчелы» и других сборников, переписываемые местными книжниками1’4. В семьях и ныне хранятся тетради с выписками «Слов» из сборников, такие как: «Поучение к женам, да будут молчаливы», «О добрых женах от притчей чтение» (из Цветной Триоди), «Слово Иоанна Златоуста о злых женах» и др. Церковные правила и писания призывали женщин к смиренио, покорности, молчанио, «слова» поучений зачитывали в семьях, особенно где росли девочки. В прошлом девушки с малолетства усваивали своё положение бесправия, беспрекословного подчинения и покорности отцу, а затем свёкру и мужу. Об этом сви- детельствуот и формы брака, когда мнение девушки на супружество не спрашивалось (подробнее в гл. 3). Усть-цилемские невесты говорили о замужестве: «Не камешек на берегу, не выберешь». Матери так поучали дочерей: «Уши выше головы не бывают» (о послушании); «Замужница не заречница и не запечница»; «Замужне не заречье и не запечье: из заречья переедешь, из-за печки выйдешь, а от мужа не уйдешь /не откажешься»"5. фрставлеиия невесте звучали и в плачах- заручениях: Угождать надо да свёкру-батошке, Угождать надо да свекрови-матушке. Приговаривать ирдвдеверьюн^каа. Унижаться надо золовушкам116. Фо, несмотря на призывы к беспрекословной покорности, известны случаи, когда жёны-устьрилёмки прибегали к решительным действиям. Вероятно, их Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=