117 даются... Едят и едят, и думать, хватит ле еды. Кто-ле и скажет: «Вот беда, и каки ненасытны». А повариха защытит их: «Больше брюха не съешь». Новы ествяны люди есть, которы мяты - много едят. А больше брюха не съешь - сколько требуется, столько и съедят. Брюхо не амбар, а хуже амбара. Амбар - место, где складируется добро, а в живот сколько не съешь - всё выходит. Скольки не сготовишь - еды нету, всё уходит. В брюхо кладёшь, кладёшь - всё мало. Брюхо не амбар, а хуже амбара. Вкусная рыбка, да не шибко. Рыба жирно-плавниковых сортов вкусная, но её много и часто не едят, экономят. Баску рыбу каждый день не едят - на редкость, по праздникам. Сё говорят: баска рыбка, да не шибко, не круто наворачивай, по-маленьки ешь, не часто. В людях ёл, а домо'й пришёл больше захотел. Ране ведь в гостях много не ели, остерегались, будто неловко было много ись. Так, чайку попьют - и всё. А домой придут - уж скоре за стол. Сё говорили: в людях ела, а домой пришла - больше захотела. В людях поел - до'ма выть заменил. В гостях поел и сэкономил. В деревни всегда были люди экономны. У нас Марья жила, дэк та знала, когда соседи едят, и всегда зайдёт к ним в то время, они и опеть посадят ей ко столу. Хозеин когда и намекнёт: в людях поел - дома выть заменил, а ей всё равно было. Она опеть так же. Все за хлеб, так и я не слеп. Некоторы, может, ленивы на работу, а есть- то все хотят. На сенокосе кто бат и ленится, а на обед все одинаково спешат: все за хлеб, дэк и я не слеп. Всех вкуснее на свете сушка с маслом да жёнка. Мужской юмор. Какой-ле говаривал: всех вкусне на свете сушка с маслом да жёнка. Вставай с постели - горечи поспели. Говорят, когда будят детей, молодежь. Ране молодежь всё шаньгами будили. Пекли рано, испекут и будят: вставайте с постели - горечи поспели. Или девку будят: вставай с постели - горечи поспели, всё на свети проспишь. Гла'вная еда' - хлеб да вода'. В пост едят аккуратно, соблюдают. Главна еда - хлеб да вода. Чё бы человек ни ел, а без хлеба и воды не прожить. Главная еда - хлеб да вода. Голод не тётка, а дядька. Голод, паре, заставит другами на еду смотреть. Сашку дома не заставишь хлеб с маслом ись, а на сенокосе проголодался, дэк всё подряд мечет. Голод не тётка, а дядька. Го'сти, вы ешьте, е'шьте, а свой-то уж без пути' жорю'т. Говорят много едящим гостям, принуждающим хозяев к обильному угощению, к которому присоединяются и домашние. Шутливое. Когда гости ествяны, то говорим: гости, вы ешьте, ешьте, а свои-то уж без пути жорют. Это прожорливым гостям так говорим: гости, вы ешьте, ешьте, а свои-то уж без пути жорют; вроде как досадно, что и свои пристроились к гостям и тоже едят да едят. (ФСРГНП Т. 1). Гости'ма выть до поро'га. Усть-цилемские староверы считали не этичным в гостях много есть. Преш в гостях много не ели, стесненьё брало, а то скажут: как с голоного острова приволксэ. Чашку чаю выпьют, маленько поедят и выходят из-за стола. Сё говорили: гостима выть до порога, домой придёшь скорее за стол садишься, дома ладом наешься. Губа' не дура. О людях, предпочитающих есть вкусную еду. См.: Наша невестка всё трескает: мёд - и тот жрёт в разделе «Семья - родня». Доеда'й, кумушка, девятую шанежку, одна'ко о'т мужа битой быть. Говорят человеку, который не может насытится. Сёдни сколько гостей у меня было! Одны придут, други уйдут. Скольки шанег было напечено - все съели. Федька, на, доешь последню. Ране кака-ле говаривала: доедай, кумушка, девяту шанежку, однако от мужа битой быть. Это как мужику ничё не осталось, дэк наколотит. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=