организованы. Большая часть русских в Латвии и Эстонии ощущали себя частью местных сообществ и по ментальности отличались от русских в российской глубинке. Поэтому на референдумах о национальной независимости большинство русского населения Эстонии и Латвии однозначно поддержало идею создания самостоятельных государств. Школьная забастовка в Латвии Однако после того, как Эстония и Латвия обрели государственную независимость и получили ее международное признание, русскоязычное население Латвии и Эстонии было лишено гражданских прав и объявлено негражданами, что означало их полное исключение из политической жизни этих стран и ограничение многих других прав. Такие действия властей объяснялись слабой интегрированностью русскоязычного населения в местный социум, незнанием латышского и эстонского языков, местной истории и сильными «промосковскими симпатиями». Для быстрого и эффективного проведения денационализации в экономике, становления рыночных механизмов, для успешной интеграции в сообщество западных стран, по убеждению эстонских и латышских политиков, оптимальным шагом было исключение русскоязычных общин из политической жизни и создание мощных защитных барьеров между титульным населением и остальной частью жителей этих новых государств. Эти барьеры были политическими, законодательными и культурными. Реализацию в жизнь идеи этнически разделенного общества обеспечивала полная политическая гегемония эстонцев и 126 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=