не только численно недоминирующие группы, но и те, которые составляют большинство на данной территории, но политически притесняются. Примером может служить ситуация о Башкортостане, где татары и русские являются большинством, но политическая власть концентрируется в руках башкирской элиты. Весьма любопытная ситуация сложилась о Дагестане, где есть «меньшинства без большинства», а сам Дагестан часто называют «страной меньшинств». Поэтому принципиально важный вопрос, который должны решить политики и специалисты: «Кто является меньшинством о России?», а точнее, видимо, надо дать ответ на вопрос: «Можно ли выработать универсальное определение меньшинства?» Относительно выработки ключевых понятий, на которые должны опираться эксперты и те, кто руководствуется ими, полной ясности нет, что, естественно, понижает действенность правовых документов, которые нечетко формулируют тот объект, на который должно быть направлено их действие. Это, о частности, касается такого ключевого в международном праве положения, как право наций на самоопределение. Кто, когда и о каких ситуациях может и должен обладать этим правом? Международные эксперты не способны сегодня дать однозначный ответ на данный вопрос, ибо право на самоопределение, по существу, вступает о непримиримое противоречие с другим основополагающим принципом международного права — принципом нерушимости границ. Многие специалисты подчеркиоают, что следование идее абстрактной справедливости делает международное право весьма двусмысленным, а часто просто заставляет разработчиков правовых норм, направленных на защиту меньшинств, отступать от идеи равенства прав всех субъектов. Так, Декларация прав коренных народов, которая разработана относительно недавно, отступает от принципа равных прав и возможностей всех граждан в пользу отдельных этнических общностей, но при этом в самой Декларации вопрос о том, кого считать коренным народом, остался открытым. Этнические общности и группы слишком разнятся друг от друга по численности, социальной структуре, занимаемой территории (или отсутствию таковой), уровню экономического и культурного развития, чтобы можно было легко применять единые критерии при определении их правового статуса. Вообще, проблема правового оформления этнополитики имеет много сложностей, это особая проблема. До сих пор не только многие международные правовые акты этнополитического содержания страдают недосказанностью, неопределенностью некоторых положений, расплывчатостью исходных понятий, но и российские законодательные акты также имеют аналогичные недостатки, которые, правда, дополняются и общей правовой ситуацией о стране. 143 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=