выводы Д. Лэйтон иллюстрирует тем, как соображения престижа побуждают, например, испанцев из Андалузии при переезде на заработки в более развитую Каталонию учить каталонский язык и обычаи, гордиться своей новой каталонской родиной и в итоге способствовать тому, чтобы их дети становились каталонцами. Соображения престижа, конечно, дополняются еще и факторами материального порядка. Причем надо заметить, что эти факторы оказываются более весомыми при выборе этнической принадлежности, чем престиж. Так, в свое время соображения престижа заставили многих коренных жителей Аляски забыть о своем происхождении и отождествлять себя только с доминантным большинством населения страны. Но после того как в 1971 г. был принят Акт по разрешению земельных требований коренных народов Аляски (А11С8А) и ассоциации коренных аляскинцев стали крупнейшими земельными собственниками (что повлекло за собой мощный приток денег от корпораций, эксплуатирующих эти земли), в коренные аляскинцы пожелали записаться многие из тех, кто прежде отказывался от этого статуса. Те же самые соображения рационального выбора во многом определили массовое стремление коми-ижемцев во время переписи 2002 г. записываться не коми, а только ижемца- ми. Это стало базой для того, чтобы их Ассоциация потребовала от Правительства РФ предоставления ижемцам статуса «коренного малочисленного народа Севера» со всеми вытекающими из этого статуса налоговыми и земельными льготами и преференциями, с альтернативной воинской службой и государственными дотациями. Российская история также дает немало примеров ситуационной идентичности, то есть смены этнической принадлежности в зависимости от тех выгод или же тех податей и обязательств, которые государство назначает различным подвластным ему народам. Так, в XVIII в. на землях башкир происходила массовая башкиризация русских переселенцев, что объяснялось их стремлением избежать уплаты налогов, возлагавшихся на русское население. Но очевидно, что, рассматривая различные концептуальные подходы к изучению этничности, нельзя не заметить, что многие сторонники этих подходов рассматривают этничность лишь в контексте более широкой социальной проблематики. Наиболее часто этничность анализируется в неразрывной связи с государственными и политическими институтами и явлениями. При этом важнейшим теоретическим вопросом, требующим разрешения, является вопрос о соотношении таких базовых понятий, как «этнос», «нация», «национализм». Сложность вопроса состоит в том, что в теоретическом плане весьма проблематично определить точное соотношение этих понятий, ибо теория этноса стала активно разрабатываться лишь с середины 1960-х годов и до сих пор еще не приобрела законченной, а тем более общепризнанной формы. Что касается теории нации и 17 БИБЛИОТЕКА -*у*«*и» центра УрО РАН Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=