центрах, но и в уездах сети кружечных дворов и соответственно резким увеличением пьянства и связанных с ним негативных явлений. Плюс ко всему в конце 1610-х - начале 1620-х гг. правительство практиковало сдачу кружечных дворов в аренду предпринимателям, которые использовали все средства, в том числе и осуждавшиеся тогда большей частью населения, для получения максимальной прибыли. Так вот, правительство, получая просьбы о закрытии кабаков, ставило перед населением условия выплачивать ежегодно в казну в полном объеме откупные деньги, которые ранее получало от арендаторов. Принимая эти условия, население иногда попадало в “долговую яму”, из которой не могло выбраться. Ярчайшим примером этого является ситуация с шестаковцами. Мы не знаем, когда в Шестакове, маленьком городке и окружавшем его слабозаселенном уезде, открылся кабак. Знаем лишь, что правительство пыталось не очень успешно сдавать его в аренду, а позже требовало сбора кабацких денег посредством “верных” целовальников. Чаша терпения шестаковцев переполнилась в первой половине 1620-х гг. Они били челом с просьбой ликвидировать кабак, но получили в ответ указ, по которому “тот Шестаковский кабак с Семеня дни нынешняго 134-го (1625/26) году и вперед отдан на мир (выделено нами - М.М.) шестаковцом посадским людем и уездным кре- стьяном. А с тово кабака велено им платить против збору 133-го (1624/25) году по 119 р. 6 ал. 2 де. на год з данными и с оброчными деньгами” (48). Этот указ практически организовал разорение шестаковцев и многолетнюю недоимочность данной территории. Почему? Потому что, во-первых, ставил шестаковских людей и уездных крестьян перед выбором: избавиться от рассадника зла в виде кабака, но платить непомерно большой откуп, или “приватизировать” его, говоря современным языком, получать прибыль, но наносить моральнонравственному состоянию в уезде колоссальный урон; во-вторых, в случае твердости шестаковцев обрекал их на выплату очень значительных сумм. Дело в том, что, как мы уже отмечали выше, Шестаков и его уезд были слабо заселены. По дозорной книге 1615 г. на посаде и в двух станах (тяглом и оброчном) насчитывалось 143 тяглых двора (49). То есть, ежегодно “кабацкого откупа” должно было с каждого двора взиматься по 83 к. 1 де. Напомним, что вятчане в 1625/26 г. на все налоги и повинности должны были затратить в среднем по 1 р. 32 к. Налицо значительный рост уровня централизованной ренты для шестаковцев. А если еще учесть, что население Шестаковского посада и уезда состояло, в основном, из “молодших” людей, и что торговцев и предпринимателей среди них почти не было, необходимо признать, что “добавка” для них 396 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=