обязанностей. С увеличением тяжести налогового пресса лишние “добавки”, притом не идущие в государственную казну, а зачастую “конкурировавшие” с налогами, приобрели в глазах правительства негативный характер. И правительство решило “убрать с весов” эту лишнюю гирю, заботясь о безнедоимочном поступлении налогов в казну. Первый звонок прозвучал еще в 1627/28 г. Тогда правительство распорядилось: “чердынским воеводам с посадцких и с уездных людей месечных кормов и дров, и сена, и ничего имать, и никаких налог и обид чинить не велено...” (64). Однако, этот акт не поколебал систему. Воеводы, чувствуя себя хозяевами в уездах, брали упомянутые выше кормы без оглядки на центральную власть. Поэтому целесообразно началом решительных действий правительства по борьбе с “кормами” считать указ от 7 августа 1673 г., посланный в Устюг Великий (65). К этому времени были собраны челобитья устюжан “ и иных поморских городов” посадских людей и уездных крестьян, “что воеводы с них, мирских людей, из земских изб праздничное и въезжее, и с сох деньги и хлеб сверх государевых окладных (денег) стрелецких платежу себе имали. И от тех де лишних податей многие крестьяне розбрелись врознь безвестно и учинилась пустота и доимка многая, и в тех доимочных деньгах стоят они на смертном правеже” (66). Насколько нам известно, это первое массовое обращение широких народных масс к правительству с целью положить конец системе узаконенного воеводского грабежа населения. Для нас в данном случае не очень важно - кто был инициатором подачи челобитен - сами посадские и крестьяне поморских уездов или правительство. Важен результат. А он был очень неожиданным, особенно для большой массы дворян, рвавшихся поправить свое имущественное положение, получив должность воеводы в каком-либо черносошном уезде в Поморье. Алексей Михайлович “слышав того челобитья и докладной выписки, и милосердуя тех городов о посадцких и уездных лю- дех указал и бояре приговорили: те воеводские поборы отставить и впредь тем побором не быть, и никаких зборов воеводам и приказным людям на себя не збирать”. В указе не только декларировалась отмена воеводских “кормов”, но и проводилась связь между наличием кормов и недоимками, а также устанавливалась мера наказания за продолжение взимания поборов. “А буде с устюжан посадцких людей и с уездных крестьян учнут воеводы имать въезжее и месечные кормы, и праздничные, и иные какие денежные и хлебные поборы себе, как и прежние воеводы или на всякие свои росходы, что велят покупать на мирские деньги, и в том мирским людем чинить тесноту и налогу, и от того впредь великого государя всяким денежным доходом учинитца доимка 426 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=