вение на ближайшем пригорке, глянул, кто его потревожил, и махнул за перевал, к морю. В маршрутах к спящему медведю можно было подойти на 200 шагов, прежде чем он проснется и бросится в сторону моря. Наш же сон был крепче медвежьего — по утрам мы нередко обнаруживали свежие медвежьи следы в двух метрах от палатки. Медведи ночью бродили по лагерю, а мы их не слышали. Нам попадались все время какие-то миролюбивые медведи. Во всяком случае у нас за весь сезон они ничего не натворили. А вот из отряда М. Фишмана радио приносило чуть ли не каждый день тревожные вести. То медведи продукты разворошили, то палатку трясут, тб лодку разорвали. Как-то связь вообще пропала. Оказалось, медведи исковеркали антенну. В последнее время в популярной литературе стало почему-то модным представлять белых медведей такими безобидными, забитыми животными, чуть ли не лезущими лизаться к первому встречному человеку. Такая литература создает у тех, кто впервые попадает в Арктику, мнение о белых медведях, как о ручных животных, отличающихся от домашних собачек разве только размерами (признаться, близкое к такому представление было и у меня до первой встречи с этими животными). И вот дезинформированные новички все чаще становятся жертвами белых медведей. Но белый медведь — не собачка, а зверь серьезный. Это самый крупный и самый сильный хищник мира. Длина взрослого зверя два-три метра, высота около полутора метров, вес около полутонны. Медведь одним ударом убивает нерпу, морского зайца или даже моржа и легко тащит пятисоткилограммовую тушу по берегу. Белый медведь, конечно, не свиреп, но если человек встретится с ним не под настроение, неожиданно или если медведь сильно голоден, исход такой встречи может кончиться бедой для человека. На памяти полярников немало таких трагедий. Белый медведь — хозяин Арктики, и нужно с этим считаться. То, что белые медведи в Арктике еще не так давно были на грани выбивания, это правда. На той же Новой Земле каждая встреча с этим зверем была событием. Но после строжайшего запрета охоты на него, число белых медведей неудержимо растет, охранный эффект проявляется очень ярко. Если в полевой сезон 1973 года нам встретилось одиннадцать медведей, то в 1976 году за это же время — более сорока. Эту тенденцию отмечают и полярники, особенно страдающие от медвежьих нашествий. Конечно, в Арктике должны быть области, где белый медведь чувствовал бы себя полным хозяином, где ничто бы ему не мешало. Но пора уже, наверное, обратить внимание и на вторую сторону международного соглашения по охране белых медведей, подписанного в 1974 году,— на управление популяцией, на поддержание 10$ Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=