Коми научный центр Уро РАН Право, напылил пустяками глаза Преосв. Но что худого не будет, только прошу Вас, пожалуйста, поддержите меня, когда коснется в деле до моей чести... Много тем обяжете меня и премного! Для этого Вам посылаю вот стихи, чтобы Вы наперед могли посмотреть и обсудить; прочитайте не раз, но два, три, тогда откроется глазам Вашим гармоническая способность нашего языка — и, право, полюбится и скажете мне, неудалому Демьяну, спасибо... У меня их есть бездна: песни, басни и сказки — кроме нравственных и псалмов... могу угощать, но, если будет только угодно. Это покажет нам опыт» (Куратов, 1988, с. 12). Витиеватый слог письма, наивная восторженность от своих стихов, конечно, не могли понравиться Куратову. Его комментарии убийственно ироничны: «Достиг ли своей цели “неудалой Демьян” посредством “своих воздушных творений”, я также не могу сказать; но другие утверждают, что достиг, потому что нынче Распутин, говорят, священником, хотя и не окончил семинарского курса. Он говорит, что “напылил глаза Преосвященному пустяками”; но “пустяки” надобно понимать, кажется, в ином смысле, потому что в примечаниях к своим стихотворениям Распутин сам же оговаривается: “Заметьте, сколь чудны вышли мысли” ... “печаль старости выразить сильнее нельзя” и пр. Вообще, мы имеем причины не верить Распутину, когда он сам себя хвалит» (Куратов, 1988, с. 12). Далее Куратов включает в статью Распутинский перевод песни «Свете Тихий», попутно замечая, что Песнь является сочинением Патриарха Афиногена, а не Софрония, как это написано Распутиным (Куратов, 1988, с. 12). Относительно качества перевода Куратов неумолим: он не только находит неточности, многие места Песни на Распутинском зырянском просто бессмысленны, а грамматика перевода оставляет желать лучшего. «Конечно, в стихе: “И дук вежа Енмос” вы не найдете и эстетического чутья Распутина, не догадавшегося сказать тут “дух” или “лов”; за слово “дук” (что по-зырянски значит “запах”) мог бы получить урок от богословов» (Куратов, 1988, с. 14). Перевод просто смешон, и Куратов делает вывод, что это сатира. «Сатирик Распутин глубоко заглянул в душе сентиментально-религиозных людей. Наконец: ... “Пою, — говорит Распутин, — по-зырянски в каждый день 20 раз — и слезы благодарения Всевышнему на ланитах моих”. Почему по-зырянски? Али по-славянски хуже? Почему у Распутина являются слезы благодарения, когда он поет песнь Софрония по-зырянски, и нет никаких слез, когда по-славянски? Э, лукавец! По-зырянски то, некоторым образом, свой труд... т.е. он совершенно свой труд, если это сатира, как мы догадываемся. Сатира хоть и не песня, но можно петь ее, если она написана стихами и однообразным размером. А если еще сатиру сами вы написали, то отчего же вам не петь ее? Сколько 137
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=