Коми научный центр Уро РАН человека»; Меным, кылан, дяк «Мне, ты слышишь, дьяк...», а также переводы западноевропейских и русских поэтов (Гуляев. Комментарии, 1999, с. 501). Однако в своей мифопоэтике Куратов приписывал Немас удж «Вот тоже работа» не себе, а Гутову, своему литературному двойнику. Иными словами, в Усть-Сысольске мало кто знал поэта Ивана Куратова, более известен был поэт А.И. Гугов. Из приведенной заметки видно, что сборник имел хождение среди усть-сысольских мещан, для которых он и был «назначен» и даже имел отклики, но, передавая Кичину для публикации пять стихотворений из этого сборника, Куратов не счел нужным раскрывать свое инкогнито. Как отмечает Е.С. Гуляев, впервые фамилия «Гугов» появляется в 7-й тетради Куратова, в которой на отдельном листе почерком 1867—1869 гг. записано, что Гугову принадлежат следующие стихотворения: 1. Сбмын чукля кок выло ме сувпн «Только встал я на кривые ножки» 2. Нимлун «День ангела» 3. Анна 4. Школа 5. Семинария С х. Х*тт 1,,.х Ж — Ж и я поэтом» Из этой подборки до сегодняшнего дня дошли только пять стихотворений: Кыдз быд морт волг ме поэтдн «Как все люди был и я поэтом» (1862), Со бара пемыд лолы лоис «Опять в душе моей темно» (1865), Мена музалы «Моей музе» (1866), Висьдм и кулдм «Болезнь и смерть» (1865), Мыж «Вина» (1865). Об этом можно лишь сожалеть, но вот что удивляет. При формировании своего последнего сборника «Коми гор», Куратов включает в него отдельным циклом Гугов тетрадь «Тетрадь Гугова», однако из всего «Гугов- ского» списка в этот цикл попадают только два стихотворения: Менам музалы «Моей музе» и Кыдз быд морт волг ме поэтдн «Как все люди был, и я поэтом», а в целом, за исключением пяти ранних 143
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=