Коми научный центр Уро РАН Псалтырь и Литургию, но они так и остались в рукописях, никто не сумел их издать в свое время. Под влиянием идей Ильминского Куратов в 1870-е гг. предпринимает перевод Нового Завета на коми язык: фрагменты рукописи Евангелия от Луки сохранилась в его архиве. Однако переписка Куратова и Ильминского, к сожалению, не обнаружена. Был и другой Казанский корреспондент Куратова, о нем упоминается в переписке генерала Г. Колпаковского с другом и душеприказчиком Куратова В.И. Чистопольским, опубликованной Т.А. Чисталевой: «30 июля 1880 г. № 256 Кульджа Милостивый государь Василий Иванович! Один из близких Знакомых и товарищей покойного И.А. Куратова, член какого-то ученого общества, фамилии вспомнить теперь не могу, познакомившись со мною во время пребывания моего в России и заведя разговор о покойном Иване Алексеевиче, с особенной похвалой отозвался о рукописях его на зырянском языке и выразил желание получить их с целью напечатания в трудах какого-нибудь подходящего ученого общества. •%» Вследствие сего обращаюсь к Вам, как к душеприказчику покойного Ивана Алексеевича, с покорнейшей просьбой сообщить мне в возможно скором времени самые обстоятельства и подробные сведения о сказанных выше рукописях, а именно, где рукописи находятся в настоящее время, в чем они состоят, сколько их и на скольких листах. Ко времени получения от Вас просимых мною сведений, я надеюсь пол утого господина, который обе Примите уверение в искреннем моем почтении и совершенном уважении, с коими имею четь быть. Р.З.: Лицо, о котором говорится в письме, товарищ по воспитанию покойного И.А. Куратова и в настоящее время состоит на службе в военно-судебных учреждениях Казанского военного округа. Сергиеполъский уездный судья 23 августа 1880 г. № 4158 Ст. Лепсинская Рапорт. На предписание Вашего превосходительства изложенное в письме по путевой канцелярии от минувшего 30 июля за № 256, имею честь донести, что рукописи покойного ИА. Куратова на зырянском языке мною отправлены 27 мая 1875 года, с согласия прямых наследников покойного, племяннику его, студенту С.-Петербургского историко-филологического института Николаю Афанасьевичу Куратову, который в настоящее время должен окончить курс в означенном институте. Рукописи заключались в одной довольно объемистой книге, в несшитых тетрадях и отдельных листах. Последние, по-видимому, 211
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=