Коми научный центр Уро РАН отрицания поэтом духовной стези: «...будущая профессия служителя церкви вызывает у него отвращение, он отметает ее начисто» (Фёдорова, 1975, с. 32). Уже говорилось о том, что духовное служение в те годы еще не было профессией, а передавалось внутри сословия, и это служение не мог получить кто угодно. Но тут речь идет о пономаре, о том, кто занимает самый низкий пост в причте, и, как правило, человеке малообразованном, некультурном, часто пьянице. Естественно, что Куратов не желал себе такого будущего. При этом почему-то опускалась следующая строфа: Ог ко аркирей Лоа мед ерей, Гашко лоа офицер — Менам артмас сер. Если не архиерей Пусть буду иерей А может буду офице[ Из меня выйдет толк (Куратов, 1979, с. 21) Иными словами, лирический поэт Куратова не хочет быть пономарем, но не прочь получить сан епископа, а если нет, то священника соборной церкви, а, как показала жизнь, хороший офицер из него получился. Но поэт заключает, что все эти должности, саны ничто, главное — открытое сердце, тогда станешь человеком. Заключительная строфа начинается пафосного утверждения: «Выпадет прекрасный жребий //4^огда я людям счастье // Дам... Какое счастье? Не могу // Подобрать к нему рифму» (Куратов, 1979, с. 21). Последние строки обращают всю выспренность последней строфы в шутку, но в каждой шутке есть доля шутки, и стихотворение не становится шутливым от того, что юный Куратов не смог ответить самому себе, какое именно счастье даст коми народу его поэзия. Всего оригинальных стихотворений семинарского периода насчитывается восемнадцать, но, как отмечает А.Н. Фёдорова, до нас не дошло, еще, по крайней мере, одиннадцать, упоминаемых Куратовым как стихотворения Гугова (Фёдорова, 1975, с. 330). Но ведь сам Куратов пишет, что Гугов начал писать с 13 лет, еще во время учебы в Яренском училище. В таком случае к семнадцати годам, к 1857 году, у Куратова должен был бы сложиться довольно объемный фонд стихотворений, но из написанных до этого года известно только одно — перевод песни на слова И. Котляревского. Создается впечатление, что всё написанное им до 1857 года, Куратов сознательно уничтожил и для этого он нашел убедительные основания. Поступив в семинарию, Куратов не только получает мощный толчок для своего филологического образования, но и становится активным читателем современной ему литературы. В середине 1840-х гг. на российском поэтическом небосклоне загорается звезда Н.А. Некрасова. Писатель И.И. Панаев вспо69
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=