№ 7 Нзве.дпя Архангельска^) Общества 212 млед'Ьлш определяется въ пихт, весь уклада, хозяйства, а также и число го- ловъ рабоччгя скота; последний держится только въ томъ количестве, которое выгодно съ точки зрешя наиболее выгодной эксплоатащи данная земельная участка. Держать сверхъ этой нормы лишнихъ лошадей или воловъ крестьянинъ не станетъ, ибо они ему въ хозяйстве ни на что не нужны, а кормъ, который иначе могъ бы быть утилизированъ более целесообразно, на нихъ идетъ. Поэтому и сокращеше числа головъ рабо- чаго скота въ высшихъ группахъ (по разм ерамъ посевной площади) на единицу посевной площади здесь вызывается темъ, что въ более круп- ныхъ хозяйствахъ, съ одной стороны, рабочая сила каждой головы скота используется более полно, а съ другой, увеличение площади посева делаем выгодным!, переходъ къ улучгаеннымъ орудиямъ обработки, сокращаю- щимъ нужду въ рабочей силе скота. Иное дело въ Печорскомъ крае. Тамъ земледелие отнюдь не иг- раетъ подобной доминирующей роли. Если страда тамъ совпадаем съ горячима, временемъ въ рыбной ловле, то отъ уборки хлебовъ отвлекается столько рабочихъ силъ, сколько нужно для рыбнаая промысла. Точно также и въ другихъ случаяхъ, когда нужды земледелия сталкиваются съ нуждами сторопнихъ отъ земледелия промысловъ. И вовсе не редкость, когда здесь въ горячее для земледелия время въ поляхъ „управляются1* только старые да малые,—те, кто не могъ пойти, наир., „по семгу“. Здесь земледелие, следовательно, отнюдь не определяешь всего уклада крестьянскаго хозяйства. Не определяем оно и нормы числа лошадей, точнее: не оно одно опредгЬляетъ эту норму. На самомъ деле, какъ бы много лиш^къ силъ ни поглощала техническая отсталость земледельческаго хозяйства, во многомъ сохранившая здесь методы и навыки чуть ли не отъ времепь „Великаго Новгород^, какъ бы тяжело ни давила черезполосица и разбросанность участков! (такихъ, что мерять ихъ можно только на „пуды“!),—все же эти факторы не могутъ вызвать хозяйственной потребности (речь идетъ о по- требностяхъ земледельческаго хозяйства) въ количестве лошадей, въ 10--15 разъ большемъ на единицу посевной площади, чемъ въ Таврической гу- берши. Это количество намъ будетъ понятно только въ томъ случае, если мы учтемъ все вне земледелйя лежащы нужды и потребности хозяйства, обслуживать которыя должны лошади: извозу зимшя работы въ лесахъ и т. п., а также почти полное отсутствие рынка для сбыта сена, что заставляетъ разсматривать последнее не какъ могущее быть реглпзоваппымь въ известную сумму денегъ, а просто съ точки зрешя затраты труда на уборку и перевозку. Поэтому вовсе не редкость здесь случаи, когда лошадь употребляется въ работу только зимой, когда возятъ бревна къ сплавнымъ рйкамъ и идутъ обозы на Пинегу, къ Никольской ярмарке, или въ Архангельскъ съ мясомъ и рыбой. Но если такъ, если общее число лошадей въ хозяествахь определяется не потребностями земледелия, то намъ будетъ понятно, почему при росте посевной площади въ хозяйствахъ число лошадей возрастаем слабее, чймъ число единицъ запашки: въ ппзщпхъ группахъ внеземледельческое использоваше лошадей неизбежно должно сильнее действовать на повышОше средняго числа лошадей на единицу посевной площади. Все это, конечно, не исключаетъ возможности и болЬе полиная ис- рабочей силы лошадей въ более крупныхъ хозяГиствахъ для нуждъ земледелия и некотораао,—въ настоящее время весьма неКоми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=