Практики повседневной толерантности Детям страны, большая часть которых жила в деревнях, говоривших каждая на своем наречии; детям иммигрантов, уже тогда достаточно многочисленных; детям близких и далеких колоний, которым посчастливилось учиться в школе, преподавали историю, у истоков которой стояли мифические предки-галлы. До поры до времени школа справлялась с возложенной на нее обязанностью воспитания граждан. Вот как вспоминают об этом ученики разных лет. «Большинство из вас не умеют еще читать, - сказал учитель, - но все же посмотрите, что я написал на доске. Запомните эти буквы, эти слова, эту фразу и повторяйте за мной: “Франция... наша... родина”». Мы еще не знаем, что такое родина, но сама церемония нас потрясает. Никогда не забуду этот момент. Так, в школе, прежде чем выучить алфавит, исписать целые страницы крючками и палочками и научиться складывать два плюс два, мы, первоклассники 1924 года, получили урок патриотизма. Так воспитывают граждан. Чуть позже учитель даст задание каждому из нас выучить дома, с родителями, Марсельезу, и мы хором будем петь национальный гимн. Этого я тоже никогда не забуду. На протяжении всей начальной школы в нас, малышах, воспитывали страстную любовь к Франции. Мы могли бы легко обойтись без специального курса граждановедения, поскольку вся система образования имела именно эту ориентацию. Жорж Мемми, писатель, лауреат премии Ж. Помпиду в области французского языка, посещал французскую школу в Тунисе в конце 1940-х гг.: Обучая меня письму и чтению, учителя заронили в мою душу страстную любовь к Франции. Воспетая нашими учителями, Франция была столь бескрайней и славной страной, что я начал всерьез сожалеть о том, что ни на одном из ее сельских кладбищ, под сенью ее деревьев не был похоронен ни один из моих предков. «Если я не француз, то кто же я тогда?» - спрашивал я себя в смятении <...>. Благодаря французскому языку, на котором все мы говорили и который объединял нас, мы были скорее французами, чем евреями или арабами <...>. Французская школа была светской. Это было место, где не отводилось никакой роли нашей религии, так часто восстанавливавшей нас против наших соседей, место, где как бы исчезали различия между нами <...>. Наши учителя формировали в нас определенную систему 355 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=