«Мне удавалось видеть громадные пространства в лесу, расчищенные бурями. На этих местах лес сначала погорел. Затем, погорелые деревья, простояв жалкими скелетами некоторое время - иногда даже несколько лет - сваливались, наконец, бурею на земь. И вот - обугленные или посеревшие трупы их лежат теперь неправильными рядами. Ни кустарник не растет вокруг них, ни высокая, зеленая травка не радует взор. Место давно минувшего несчастья остается пустынно и уныло... На иных же пожарищах торчат только обугленные пни. Летом в лесах постоянно почти припахивает дымом - особенно же в засуху. Горит ли то лес, жгут ли подсеки, рыболовы ли с косарями разводят где-нибудь огонь на берегу ручья для варки себе каши или ухи - узнать трудно. Всего же вероятнее, что случается и то, и другое, и третье. Года не проходит без того, чтобы летом в засуху не погорели леса. Причины лесных пожаров различны. Горит лес от подсеки, ...горит лес от огонька, оставляемого иногда после себя странниками и пастухами, загорается иногда и от «Божьей милости»... Местами тянется порубка, местами чернеет пожог, а иногда бывает и то, и другое вместе. Там и сям навалены груды сушняка, лежат целые посохшие деревья, всюду торчат выкорчеванные пни - то верх, то вниз корнями, то старые, белые, обугленные пни торчат стоймя». Само по себе подсечно-огневое земледелие не являлось чем-то преступным или необдуманным. Запрещено было устраивать подсеки без соответствующего разрешения (и оплаты) и на казенных землях. Но, констатировал П.В.Засодимский, «мест, отведенных под подсеки, недостаточно, да к тому же они иногда до того неудобны, что пользоваться ими жители не могут, несмотря на все свое горячее желание». «Вследствие этого выходит то, что крестьянин похрабрее тайком выжигает подсеки в заповедной чаще - и сравнительно благоденствует. Но при выжигании подсеки тайком не редко случаются несчастья. Невольный преступник при выжигании подсеки, разумеется, держит ухо востро, находясь в положении зайца, преследуемого собаками. Лишь заслышит он вблизи колокольчик или вообще почует приближение неприятеля, тотчас же бросается в лес, оставляя свою подсеку на произвол судьбы. Ветер без него перебрасывает огонь на лес, и пламя начинает истреблять богатство, десятину за десятиной. И такое истребление продолжается до тех пор, пока не польет дождь...». Возможно, именно так произошло в 1859 году на Сысоле. По сведениям историка Т.И.Беленкиной, койгородский лесничий сообщил в тот год о лесном пожаре, вспыхнувшем из-за того, что крестьяне из Ыба выжигали подсеку. В 1860 году на место пожара приехали чиновник уездного суда, лесничий, визингский волостной заседатель, коннолесные 123 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=