Глава 2. Человеческие ресурсы в стратегиях природопользования поведение. Подобное конструктивное отношение к Северу, с точки зрения авторов, связано с «созидательным трудом на новой территории» (Замятина, Пилясов, 2018б, с. 248). По нашему мнению, в России на государственном уровне в различные исторические периоды шло формирование идентичности промышленника, предполагающей отношение к территории как к месту добычи полезных ископаемых, необходимых для успешного экономического развития страны. При этом речь не шла о бережном сохранении природы и уважении традиций местных жителей. Напротив, богатства казались неисчерпаемыми, образ жизни сообществ - примитивным, а малонаселенные земли - ничейными. Идея преобразования Севера в «процветающий край» (Коротаев, 1998) обретает противоположное значение: он становится местом наказания и беспощадной эксплуатации, а рекламируемый советскими властями романтизм покорителей суровых территорий сочетается с технократическим отношением к территории, заработками и временным пребыванием. Мы не утверждаем, что государственная политика полностью исключала формирование привязанности к северной территории. Напротив, для многих Север заменил дом (Во1о1.т'а, 81атт1ег, 2010), хотя, заметим, и не стал Родиной. Мы также не утверждаем, что все коренное / старожильческое население было лишено производственного прагматизма. Напротив, оно могло проявлять более циничное отношение к территории. Заинтересованность в подтверждении адаптивных способностей к новым практикам хозяйствования и стремление к интеграции в доминирующие социальные группы создавали основания для более интенсивного использования природных ресурсов и стигматизации коренных жителей по этническому признаку. И мы также не отрицаем, что для многих Север стал «пространством самореализации» (Ильин, 2022) и творческой деятельности. Однако мы уверены в том, что пока процессы российской колонизации Севера продолжают рассматриваться как способ развития человечества и культурного просвещения плохо приспособленных к условиям жизни народов, выстраивая аргументы вокруг отсутствия насилия по отношению к коренным жителям (Слезкин, 2019) осваиваемых территорий (Рыбаковский, 2018), а также пока игнорируется их вклад в развитие Севера и нарушается право на участие граждан конкретного региона в формировании стратегий его развития, укрепляется механизм централизации ресурсов, направленных на добычу природных ресурсов без замещения этих видов производственной деятельности на «созидательные» формы занятости. Иными словами, упомянутый выше феномен «гипертрофированного местного» применительно к Северу в большей степени формировал потре73 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=