116 выдать дочь замуж до 20-ти лет, что было не только престижным, но и житейски необходимым, о чём свидетельствует такая устьцилемская пословица: «Кислы шаньги не еда, старым девкам замуж не хода»34. В случае раннего замужества говорили: «В цвету девку взяли, не перестарка»; встречаем и такие суждения: «...дочь ненадежный товар и с цены спадет, а парни на деревне все равны»35; «а ноев' девку, котора уж шибко засидится, дек то и не думали, какой подвернется, за того нимо" и выдавали»313. В разговоре сваты расхваливали жениха, используя метафоры: «Не желаешь ли, красна девица/бела лебедь, выйти замуж за нашего ясна-сокола. Жених с горы" и с водь Г' ,даине бедный: дом имеет—терем, а и коровушек:, балечек"", лошадок»37. Родители невесты внимательно следили за действиями сватов, поскольку в их поведении прочитывались и знаки обеспеченности. Так, закидывание ноги на ногу указывало на успешность и зажиточность, особенно, если выставлялось колено нижней ноги: «сидеть ножка на ножку считалось - по богатому». В таком случае соглашались на свадьбу без промедления. Невеста во время разговора находилась в другой избе, чаще за печкой/на печке38. Печь как воплощение сакральной части жилища, совмещающая в себе центр и границу, осуществляла связь с внешним миром, в том числе и «тем светом»39. Поэтому в свадебном обряде в определенные рубежи «перехода» (сватовство, рукобитие, заручение) все действия проходили возле печки. После живописных описаний жениха сваты просили отца девушки показать дочь. Несмотря на то, что мнение её на брак либо не спрашивалось, либо было известно, отец шёл за ответом дочери - спросом и выводил её к гостям, что означало согласие на брак, которое также выражалось посредством знака: невеста выходила и повязывала платок на шею своего избранника, с которым он ходил в последующие дни. Платок служил для односельчан оповещением о предстоящей свадьбе. После этого все становились перед божницей на богомолье, и хозяева накрывали стол - устраивали пропой дочери. Сваты за столом размещались по чинам: в передний угол садился тысяцкий, слева от него - жених, рядом - сватья, если участвовали дружки, их * Иную. “ Быстро. *** Охотник. **** Рыбак. ***** Овечек. размещали за столом «пониже»; родители невесты занимали место возле печки или в куту - бабьем углу, прислуживали гостям. Согласно материалам Н.П. Колпаковой, «за стол заходили “по солнцу”, начиная с младших чинов: сначала дружки, потом сватья, потом жених, потом тысяцкий. Посуду, если своей мало, берут у соседей. За столом едят, что придётся: рыбу или мясо, а ничего особенного не делают. На стол подают всё сразу, без перемен»/0. В процессе угощения обе стороны решали организационные вопросы: договаривались о денежном запросе с жениха, о дне смотрин, обсуждали состав приданого. Самым богатым считался запросе 100 рублей, бедным - 20-30 рублей, который передавали на смо- тринах4\ по моим полевым материалам - на рукобитии. При решении финансового вопроса учитывались такие обстоятельства, как вдовствующее положение матери невесты или если дочь была единственным ребёнком в семье. В этих случаях запрос был выше и иногда составлял 120 руб., и кроме денег, мать могла запросить ткань на рубаху или сарафан. Здесь же обговаривали приданое невесты. За «богатый» запрос полагалось справное приданое, например, лошадь с упряжью, или корова с телёнком, орудия труда (коса-горбуша, грабли), «место» (постель), одежда. «Кроме того, с невесты молодому живёт рубаха, а если запрос богатый, то жалетка»42. Н.П. Колпакова отмечает, что в 1920-е годы, если соединяли богатые рода, то запрос с жениха и подарки для него не оговаривали, ограничивались тем, что невеста выражала согласие на свадьбу, даря жениху пояс «сеточф/3. Пропой был недолгим; сваты благодарили хозяев за угощение и уходили. Согласно обрядовому поведению, жениху и невесте запрещалось участвовать в угощениях до свадьбы, что связано с архаическими представлениям о соотношении еды и межполовых взаимоотношений: «Пищевое общение мужчин и женщин несовместимо с половым общением: с кем вместе едят, на тех не женятся; на ком женятся, с теми вместе не едяпЛ Неучастие их в общей трапезе закреплено и в средневековом свадебном чине45. Если сватовство проходило в одной деревне или не слишком удалённо, то на пропое после совершения молитв жених и невеста уезжали в дом жениха и устраивали «гостьбище у жениха». Невеста созывала подруг на вечеринку, жених - друзей; все собирались во дворе у невесты, затем организованно в сопровождении свата ехали к жениху: в повозке размещались сват, невеста с женихом, остальные верхом на лошадях. По обрядовому этикету сват первыми заводил в дом жеКоми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=