143 мещение за столом было следующим: в простенке напротив входной двери сажали жениха и слева от него невесту, рядом с ними крёстных, далее замужних женщин от 35 до 45 лет, называемых бабенки в самом разу, ближе к порогу - молодых замужних женщин. В случае размещения гостей в одной комнате границей служила матица: в верхней части избы находились молодожены и женщины; в нижней — мужчины. Молодые сидели на шкуре оленя, расположенной мехом вверх. Жених сразу старался подложить под себя подол сарафана невесты, сесть по-хозяйски широко, подчёркивая своё главенствующее положение в паре, в то время как невеста сидела, съежившись, робко. Все застолье она сидела молча; ей запрещалось есть, пить, веселиться. По словам информантов, она сидела как замороженная. Иногда её рот перевязывали платком, снимая его перед самым уводом молодых на подклет. Неподвижность и безмолвие невесты - признаки мира мёртвых, каким и представляется дом жениха по текстам плачей, сопоставимый с чужбиной, неведомой стороной, «тем» светом: «Не пролетит туда да птичка пташечка, / Не принесет тебе да письма грамотки», - говорится в плаче. Согласно древним мифам, путешествующему между внешним и подземным мирами запрещалось прикасаться к еде и питью в загробных владениях. Нарушившие запрет оставались там навечно171. В свадебном обряде трапеза являлась важнейшим ритуалом, посредством которого происходило обретение невесты из иного мира. Лишь перед уводом молодых в подклет невеста надкусывала немного рыбника, конкретно - голову рыбы, - демонстрируя желание укоренить род и первым родить наследника. Поздние объяснения ритуального поведения новобрачной за столом сводятся к показу покорности и уважения к новой родне, что является явно вторичным толкованием. Поднос как часть свадебного обряда бытовал только в деревнях, расположенных по Печоре. Первая половина свадебного застолья заканчивалась подносом, считалось его можно было совершить не ранее того, как будет произнесено три тоста: молодые подходили к каждому гостю и подносили на подносе по стакану браги. Родственники жениха при этом кричали «Горько!», а представители невесты - «Сладко!»172. Гость в знак благодарности дарил подарок или деньги, которые передавали матери жениха, при этом мужчины целовали молодую, женщины — молодого. Этим ритуалом завершалась первая половина свадьбы. После подноса начиналось веселье для гостей, а молодых отводили на подклеть. В цилемских и пижемских деревнях свадьбы проходили скромнее, молодожены не выходили из-за стола в течение всего свадебного застолья. Вечером их уводили в подклет. Традиционно перед подклетом приезжали родители невесты «с местом», состоявшим из подушек, перины, одеяла, занавески для кровати, за которой молодые уединялись в доме от других домочадцев. Дождавшись молодых, родители возвращались в свой дом. Если девушка выходила замуж в свою деревню, то остальную часть приданого (живность, одежду) привозили после свадьбы. Подклет После обхода гостей и их личных поздравлений молодых уводили на подклет или в амбар, где оставляли на некоторое время наедине. Здесь ритуальные действия связывались с половым актом, составлявшим центральный момент брачного «перехода». В печорских деревнях молодых сопровождали крёстный жениха, участвовавший на сватовстве и крёстная невесты. Этот эпизод свадьбы всегда обыгрывался, был наполнен иносказательностью: «Раньше на подклет уводили. Меня сосватали, шипко же я преталась, да всё равно насилу наредили. Потом нас на подклет повели, Василий Осипович у нас ноги заплетал. Пока невесту валят, у невесты руку протегивают и на руку валят жениха, потом одна нога у невесты вниз, потом парня нога, потом опеть невесты нога и сверху парня. Ноги заплетали крестны, а у кого не было, то кто сватал - те заплетали. Нас заплетали, заплетали, но мы так и не пожили с ним. Четыре ночи всего со мной был, но мы так и не спали. Старухи нас молодых учили: девушки, вы в перву ночь не поддавайтесь, честна девушка должна три-четыре ночи сопротивляться, не поддаваться. Он четыре ночи пробыл, а потом ушел к какой-ле и с ней переспал. Я его и вы- гонила. Если бы любил, дэк то и бы не ушел, а видно у его была своя зазноба, вот и не стал ждать. Я в первый раз веть беда молода замуж походила, вот и не хотела. Д во второй раз я замуж пошла тоже молода ишшэ была - 18 лет было. Я Василию всё рассказала, что замуж уш ходила, а он посмеялсэ и сказал: “Не вино, что походила”. И с ним тоже е перву ночь ничего не было, а во втору только. 4 будили на подклети: возьмут палку, поднимают молодых, как аншпугом - палку под молодого запихивают и его поднимают, спрашивают: “Шугу мешал, лед долбил? ”. Д он отвечат: “Ничё не делал, шугу не мешал и лёд не Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=