39 ководствоваться церковными правилами; дедовские обычаи, занимавшие значительное место в их жизни, в разрешении этой проблемы признавались второстепенными. В славянской культуре сохранялись убеждения, согласно которым девушка должна была сохранять целомудрие в первую брачную ночь, иногда первые три ночи с тем, чтобы не лишиться любви мужа и его родн^50. Рудименты этого обычая представлены и в усть-цилемской культурной традиции, имевшие иное объяснение: выражение верности и преданности мужу. Но не все мужчины были готовы к такому испытанию, случалось, что от невест с подобными установками отказывались, как в следующем рассказе: «Я замуж выходила в первый раз и мужика ночью от себя гон ила, выполнила наставление матери, но муж после третьего дня сбежал. Я девушкой во второй раз замуж вышла, но уже больше мужика не отталкивала и хорошо с ним всю жизнь прожили»™. Блюстителями духовного порядка в доме были старухи, которые особо контролировали половое поведение женатых членов семьи, особенно молодых: «Раньше все жили в одной комнате и старики следили, чтобы в недозволенно время не шоркались. Старухи нам, молодым чё ле, бывало, подсказывали, поучали, а потом скажут: “Бабка глупа, бат древлю уж," - и как так и надо. А сами за молодожёнами особенно следили - спят - не спят. Мы поженились в феврале и спали в катагари в клети, так до лета и прожили там. Дэк бабка ночью, будто в туалет пойдёт и к нам всегда заглянет в катагар, посмотрит в обнимку спим или нет. И как так и надо. Бат когда и затаивалась, подслушивала, така жись была не только у нас, у всех деревенчких. Бывало, молодым остудну кинут, и они спят спиной друг к другу, - опеть старухи про то знали, подглядывали, на их не обижались, стары ведь. А молодых потом лечили или чё ле делали»'52. О том, что сексуальная жизнь семейных пар была делом «добрым», говорится в следующем рассказе: «Когда в деревню стали возить кино, старики не ходили, считали бесовским делом. Одного старика спрашивают: “Пошшо в клуб не ходишь? Там показывают, как целуются. Беда, весело”. - “Тьфу ты! Како уж тут добро дело: вот когда сыновья со своими жёнками за занавесками, да мы с хозяйкой, да как зачнем избу шатать - вот тут добро дело и очень весело. А вашо кино пустое и бесовско”»'53. Продолжение рода - тема очень трепетная и важная для каждого человека, в староверческой среде ей придавалось особое внимание, и следование наставлениям старообрядческих учителей было делом неукоснительным. Большое значение придавалось нравственности женщины, её духовной чистоте, преданности мужу. Считалось, что в ином случае неблагочестивое поведение могло пагубно отразиться на её потомстве: «Аще вином упивается жена - у таковых рождаются плешаты (дети - Т.Д .)»1м. Некоторые рассказы информантов, например, о неповиновении жены мужу, явно являются народной обработкой поучений протопопа Аввакума: «Жена отталкиват мужа, дети косы родятся», «гуляша жонка детей своих обрекат на пагубу» и др. О наказуемости неповиновения жены мужу Аввакум пишет: «Если жена к мужу своему строп- ствует ложу его, есть писано, у таких дети рождаются не благообразны: или косы, или брилаты, и немы»?55 К зачатию ребенка необходимо было подготовиться: очиститься от «бесовских» помыслов, в кои для мужчин входили и мысли о блуде, молитвой в 50-100 поклонов: «Аще не измывся мечтаний, со женою своею зачнешь во утробе детище - таковое или бесно родится, или безумно...»'5? Перед половым актом необходимо было снять нательный крест, который вновь надевали после омовения. Строго запрещалось соитие с роженицей, в первые 40 дней - её называли полой, нечистой. Устьцилёмы следовали церковным правилам и вместе с тем стойко сохраняли архаические обычаи, в частности, сексуальные игры, направленные на обеспечение удачи, плодородия. Перед тем как новую сеть, приготовленную к использованию, применить в деле, семейная пара должна была на ней совершить половой акт, чтобы рыбаку сопутствовала удача и рыба пятналась. Достижению желаемого успеха мог способствовать и приём, согласно которому на развёрнутой и приготовленной к погружению в воду сети должна была посидеть посторонняя женщина, например, проживавшая в другой деревне. По окончании уборочных работ благодарили землю за обильный урожай и совершали магический обряд оплодотворения земли для получения нового урожая: женщины заманивали на поле крепкого мужчину, который не возражал против женских забав, засовывали ему в штаны сноп из колосьев, сжатых последними с поля, и катали его по земле. В период сенокосных и уборочных работ взрослые поддерживали развлечения молодёжи, в частности, парное катание по земле, связывавшееся с имитацией совокупления, направленное как на получение урожая, так и определение брачных пар. В народной культуре особо осуждался «блуд». К гулящим мужчинам общество относилось более снисКоми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=