двухнедельный журнале ЖИЗНИ СЪВЕРНАГО КРАЯ ^рггаргельсцаго ОбСцесгрБа изучена Руссцаго ^-вБера". 1912 г. _)\к 3-й. 1 Февраля. Коми научный центр Уро РАН
Л? 3. Извксля Архангельскаго Общества 112 5«то{ыя языческая черты 8ъ сбайеЗныхъ ойряйахд русскаго населения Архангельской гуйериги. Нигдк не хранятся такъ свято традицш старины, какъ въ нашей русской деревнк. Особенно этимъ богата область семейнаго быта. Эта традищя, между прочимъ, за отсутств1емъ у насъ древнихъ письмен- ныхъ историческихъ матер1аловъ, сослужила главную службу для ре- ставрацш древне русской исторш—въ особенности истор1и права. Чкмъ меньшее вл1ян1е оказывается на деревенскую жизнь круп- ныхъ городовъ, центровъ цивилизованной жизни, тФмъ въ болке чистомъ видк сохранилась тамъ традищя, ткмъ виднее черты древней жизни, пережитки ея. Архангельская губ., занимающая огромнейшее пространство северной европейской части, менке другихъ губерний попадала и по- падаетъ подъ вл1яше подобныхъ центровъ и чистота языческой тради- щи, перенесенной сюда колонистами—новгородцами въ XV' в., до сихъ поръ сохранилась здксь хорошо. Нынкшше свадебные обряды русскаго населешя Архангельской губ. служатъ самымъ вкрнымъ историческимъ свидктельствомъ о древне-языческой формк брака, такъ какъ въ нихъ съ одной стороны ясно отражаются язычесше релипозные обряды, не могупце образоваться въ хриспанское время. Съ другой стороны, замечается полное сходство съ древне-Римскою формою брака („йене", „соётр<ло“, „сопГаггеаНо"), котоКоми научный центр Уро РАН
№ 3. изучения Русскаго Севера. 113 рая им!етъ громадное сходство съ древне-русской формой брака („по- хищет’е", „покупка", „приведете"), ибо соотв'Ьтствуюпия формы жизни всякаго народа „младенческаго" состояшя им’Ъютъ громадное сходство между собою, по крайней мере, въ главныхъ чертахъ. Наконецъ, самый способъ заключешя брака ясно можетъ свидетельствовать о томъ, что снъ могъ появиться только въ очень древнее время при совершенно другихъ жизненныхъ услов1яхъ. Такт, чтобы более ясно представить только что говоренное, пояснимъ примеромъ. У крестьянъ нашей губерши существуетъ, между прочимъ, такой свадебный обычай, когда невеста и присные съ нею, ожидая жениха, услышатъ звукъ колокольчика, его приближающагося поезда, закрываются крепко-накрепко тот- часъ же ворота въ доме и ставни у оконъ. Пр1ехавппй къ дому женихъ пачинаетъ сильно стучаться въ ворота, но ихъ нарочно не открываютъ, притворяясь, что стукъ этотъ имъ не слышенъ. Тогда жениховы дружки берутъ „стягъ“ и начинаютъ имъ во всю мочь колотить объ уголъ дома, близъ запертыхъ ставнямъ оконъ. Спустя некоторое время женихъ впускается. Парадоксальнымъ, непужнымъ кажется этотъ обычай невольному его наблюдателю. Къ чему все это, невольно напрашивается вопросъ? Но въ томъ то и дело, это традищя нашей отдаленнейшей старины. Она свято хранится народомъ, точно передавая изъ поколенья въ поколенье отрывки жизни нашихъ предковъ на заре псторш. Они—эти отрывки кажутся парадоксальными и нелогичными потому, что они поставлены въ совершенно друпя —современный намъ, чуждыя имъ жизненным условия, потому что истинные мотивы, вызвайппе ихъ къ жизни, въ настоящее время утерялись въ памяти народной. Только что указанный примеръ есть пережитокъ того времени, о которомъ говорится въ древне-русской летописи, что люди его „аки скоти живяху, ядуще вся нечиста, умыкаху девиця себе...", то-есть. того времени, когда похищеше было признано главнейшею формою брака. Похищеше въ древности было сопряжено съ большими трудности ми. Вооруженные дрекольями, женихъ со своими дружками бывало часто нападали на домъ, где проживала невеста и съ боя отвоевывали право на нее жениху о чемъ, безусловно, свидетельствуетъ и разбираемый нами примеръ. При чемъ, еще и до сихъ поръ въ некоторыхъ деревняхъ нашего Севера дружки жениха, отправляясь съ нимъ за невестою, приносятъ клятву во взаимной верности такъ, какъ будто они отправляются въ опасный бой. Кроме того некоторые изследователи местнаго края свидетельствуютъ о томъ, что въ редкихъ деревняхъ еще встречается своеобразная форма брака, безъ приданаго, такъ называемая гуходъ“, имеющая очень близкое сходство съ древнимъ „похи- гцешемъ", но о подробностяхъ „ухода", имеюпнеся у насъ матер1алы ничего не говорятъ. Черты брачной формы черезъ похищеше совершенно совпадаютъ съ чертами подобной же древне-римской формы черезъ „изия". Эта форма брака была первою формою индивидуальнаго брака. Возникновеше брака при похищенш вообще—было двоякое: 1) съ момента похищешя—здесь основаше для брака содержалось въ грубой форме насил1я и 2) съ момента истечешя известной давности, вернее, съ момента примирения обеихъ сторонъ, съ момента признашя факта. Что же касается подобной формы брака у нашихъ предковъ въ АрКоми научный центр Уро РАН
№ 3. ИзвФст1я Архангельска™ Общества 114 хангельской губ., то мы не можемъ сказать ничего определенна™, ибо данные для этого не сохранились въ народной жизни. Другимъ способомъ заключения брака въ языческую пору была— покупка, вытеснившая похищеше. Продажа невесты жениху совершалась обыкновенно отцомъ, иногда же совместно отцомъ и .матерью, въ древнейшее же время—главой рода—патр1архомъ. Последнее уцелело при переходе родовыхъ союзовъ въ задружные и наконецъ государственные, такъ что плата—„куница" взималась княземъ. Другой способъ происхождешя платы за невесту связываетъ его съ похищешемъ—она была результатъ примирешя жениха съ родителями невесты, какъ выкупъ за похищенную вещь. Древность происхождешя этой формы брака доказывается не только нашими древне русскими летописями, но и арабскимъ летописцемь Казвини, говорившимъ въ свое время о Руссахъ: „Тотъ у кого родилось дне или три дочери, обогащается, тогда, какъ имеющш двухъ сыновей делается беднякомъ * 1.... О нынешней обрядовой форме покупки у русскихъ крестьянъ Архангельской губ. можно сказать очень немного: она почти нигде не сохранилась. Только въ Усть-Цильме невестъ до сихъ поръ покупаютъ по всемъ правиламъ торга *). Судя по эгимъ нынешнимъ свадебнымъ об- рядамъ, простая передача купленной невесты уже въ древшя времена развилась въ весьма сложныя формы, (очень - напоминаюпця римскую форму брака черезъ соётрНо). Она состоитъ изъ предварительнаго договора—запродажной сделки. Запродажная же сделка въ свою очередь распадается на две части: 1) сватовство, которое является ничемъ инымъ, какъ осмотромъ объекта сделки черезъ постороннихъ—свата, 2) рукобитье или пропой, т. е. окончательное заключеше сделки. Сторонами заключешя последней являются родители жениха или (чаще) самъ женихъ и родители невесты. Содержашемъ сделки служитъ услов1е о величине выкупа ио сроке совершешя брака. Иногда же въ содержаще сделки у крестьянъ нашей губерши входитъ и услов1е о приданом ь, помимо выкупа. Это на- поминаетъ ничто иное, какь переходную ступень отъ формы „выкупа", къ более развитой форме „приведешю", о которой речь будетъ ниже. Въ большинстве случаевъ форма совершешя сделки какъ въ древности, такъ и въ наше время—словесная и символическая: „бьютъ по рукамъ"... „сватъ схватываетъ полу или рукавъ своего кофтана, а мать невесты или друпе родственники разнимаютъ руку свата и отца, который подаются въ тотъ моментъ, когда сватъ хватаетъ себя другой рукой за полу..." еЬ се1ега. Въ этой форме брака весьма важно выяснить, передается ли 'личность невесты или власть надъ нею. Вопросъ решается въ признании последнюю: передается власть надъ невестой. И для самой передачи этой власти существуетъ символическое выражение: невеста въ знакъ покорности разуваетъ жениха. Итакъ, даже въ этой слабо сохранившейся форме брака мы ви- димъ очень характерный черты древне-языческаго быта—обычнаго права. Но какъ первая форма брака—„похищеше", такъ и вторая форма его—„покупка * были совершенно вытеснены третьей формой, самой совершенной—„приведете". Уже въ до-историческую эпоху у древне-рус- совь появляется опа, основанная на свободномъ соглашеши и на рели- ♦] За то мы не ругаемся. РедКоми научный центр Уро РАН
№ 3. изучения Русскаго Севера. 115 гйозныхъ обрядахъ. НыпЪшше обряды русскаго населения Архангельской губернии служатъ самымъ в’Ьрнымъ и самымъ точнымъ историче- скимъ свид'Ьтельствомъ о древне языческой конфарреацйоной форме брака, такъ какъ въ нихъ, какъ упоминалось уже выше, съ одной стороны ясно отражаются языческие религиозные обряды, которые не могли образоваться после принятия христианства, а съ другой стороны замечается полное сходство съ древне-русской формою брака—„приведе- нйемъ“ и римскою формою — „соп(агтеа(допй“ <безо всякой, конечно, возможности рецепции этой последней у древнихъ римлянъ). Какъ известно, важную роль при подобныхъ религйозныхъ, такъ называемыхъ—конфарреацйонныхъ формахъ брака игралъ особо-испеченный священный хлебъ (русс, „коровай", римск.—„ранив Гаггеиз"), который ость не только символъ общения имущественпыхъ правъ въ браке, но есть и жертва богамъ. Эту обрядность мы видимъ и теперь у на- шихъ крестьянъ Архангельской губ. въ такъ называемомъ „свадебномъ столе-, устраиваемомъ въ доме невесты. Къ приезду жениха на свадебный столъ разстилаютъ бранную скатерть, на нижний (только не въ передний угловой) конецъ стола кладутъ одинъ ржаной хлебъ, на другой два такихъ же хлеба, особо приготовленные и испеченные исключительно по случаю свадьбы, называемые—„столовниками". Это то и есть древний „коровай“ „рапйз Гатгеиз". Только въ известныхъ местахъ, кон- цахъ стола, можетъ лежать онъ одинъ—священный столовикъ, въ дру- гихъ же мёстахъ стола раскладываются свадебные пряники—подарки невесте отъ жениховыхъ гостей—они обыкновеннаго приготовления. Потребление столовика происходитъ при молитвословйи присутствующихъ, теперь передъ иконами, а въ языческую пору оно происходило передъ лицомъ домашнихъ божествъ. Потребленйемъ хлеба при подобной обстановке и освящался раньше союзъ новобрачныхъ, въ настоящее время онъ играетъ главнейшую роль въ домашней, такъ сказать, вне- щерковной обрядности. Затемъ центральнымъ моментамъ религйознаго заключения брака при этой форме было посазкенге брачущихся на колть жертвенныхъ жи- вотныхъ или какъ оно называлось у древне-руссовъ—„саженйе на по- •садъ“. Подобное явление мы наблюдаемъ теперь у нашихъ крестьянъ: невеста, надевъ на голову парчевую повязку, и на верхъ ея „челки“ (кругъ высаженный бисеромъ), приступаетъ къ шитью рубахи жениху, при чемъ она садится на передней лавке, на которую полагается вверхъ шерстью собственная ея шуба для сидения на ней. Для жениха суще- сгвуетъ тоже аналогичный обрядъ: при отправке къ невесте изъ своего дома, женихъ зажигаетъ восковую свечу у образа, родители тоже берутъ въ руки свечи и приступаютъ къ благословению сына, при чемъ, подъ ноги его вверхъ шерстью кладется овчинная шуба, которая должна быть изъ одноцветной шерсти... Мы видимъ здесь, конечно, уже въ несколько специфированномъ временемъ виде, тотъ же самый сохранившийся обрядъ съ непременнымъ участйемъ кожи. Различие современнаго обряда отъ древняго заключается въ томъ, что женихъ и невеста не въ одномъ доме и не одновременно возседаютъ на кожу, а каждый у себя въ доме, въ разное время. Эта чисто религиозная, конферреацйонная форма заключения брака какъ въ наше время, такъ и въ древности, освящается молитвою и священными формулами (благословение, обрученйемъ), употребленйемъ сим- воловъ огня, воды и употребленйемъ вина. 2* Коми научный центр Уро РАН
№ 3. ИзвЪст1я Архангельска™ Общества 116 Кроме тою сохранился одинъ очень интересный обычай,безусловно древн'Ьйшаго происхождешя—это поклоненге мертвымя. Въ древности женщина, вступая въ бракъ, совершала обрядъ поклонешя своимъ мерт- вымъ предкамъ на ихъ могилахъ. Она, переходя подъ сЬнь мужняго дома, выходила совершенно изъ своей прежней семьи, ея агнатское родство съ последней прекращалось. Зато она становилась въ агнатское родство съ семьей мужа: она становилась не только женой, но и дочерью—мужъ замФнялъ ей и отца. Домъ мужа являлся ея домомъ, боги мужа являлись ея богами, предки мужа—ея предками, мужъ го- сподинъ ея семьи, ея самой. Она должна отрешиться отъ всего ради его. Порывая все совершенно съ прежней своей семьей, она порыва- етъ всякую связь и съ предками своими, которые въ то время являлись божествами—Ларами, Майами. Выйти замужъ—со всЬмъ старымъ своимъ и святымъ распрощаться, и это обыкновенно женщина делала при выходе замужъ: она шла поклониться въ последшй разъ, воздать честь имъ, которые столько летъ охраняли очагъ ея отца, ее самое. Вь нФ- ьоторыхъ местахъ нашей губернш этотъ обычай сохранился: за два дня до дёвичника невесты, последняя съ подругами ездитъ къ могиламъ своихъ родителей, предковъ; на нихъ она молится, плачетъ и просить разрФшешя у умершихъ на выходъ въ замужество, при чемъ это замечается только со стороны невесты—женихъ на могилахъ предковъ съ этою целью не бываетъ. Следуетъ еще заметить, что какъ въ древности, такъ и теперь не женихъ идетъ въ домъ невесты и приводить ее къ себе, подчасъ насильно, а она сама, свободная вступаетъ на порогъ жениха или ее свободную приводить къ нему родственники, отсюда эта форма брака получила свое назваш'е—„проведете". Кроме того не женихъ платить за невесту, а за нею приносить приданое *). Первою чертою приведете отличается отъ похищен1я, второю отъ покупки. *) „Записки Импер. География. Общества"—т. 3, стр. 43. Такимъ образомъ, въ нашу Приморскую область колонисты-новгородцы принести съ собою, главнымъ образомъ, форму брака той эпохи, когда оьъ возвысился до последняго своего, т. е. релипознаго значешя. А разъ такъ, разъ бракъ получаетъ уже релипозное значеше, то въ этомъ брачномъ союзе мы видимъ не одну лишь грубо-корыстную цель, не одно лишь половое отношеше, не мимолетную только наклонность— супруги уже сочетаются могучими узами одного и того же богослуже- Н1Я, одной и той же веры. Развиваясь, последняя стала играть въ се- мейномъ общежипи крупнейшую роль: отцовская власть все менее и менее становилась произвольною,—такою, напримеръ, какая вытекала бы изъ права большей силы, ибо онз коренилась въ заветныхъ вФрова- Н1яхъ души, и въ нихъ же встречала себе пределы. А эти пределы- рамки релипи, ограничивая ссщальныя отношешя, темъ самымъ сан- кщонировали ихъ, создавали правовыя нормы. Установлялось позитивное право. Бракъ же получилъ прочность и обязательность не только для жены, но въ равной степени и для мужа. Евген1й Перфецюй. Коми научный центр Уро РАН
изучения Русека! о СЪвера. 143 Библиографический указатель литературы по Северу. (Съ 1-го января 1912 года). Въ этомъ отдЬлЬ будетъ печататься также и краткое содержанте тЬхъ книгь. касающихся СЬвера, который поступаютъ для отзыва въ редакщю йИзвЬст1й“ или въ библиотеку О-ва, а потому редакщя покорнейше просить г.г. издателей и авторовъ, присылающихъ свои издашя или труды, дать возможность помещать свЬхЬшя о по- слЬднихъ въ настоящемъ отд-бдЪ, немедленно, по выходЬ ихъ въ свкгъ. КромЪ того, въ отдЬлГ „Критика и бибЛ10граф1я“ будуть помещаться рецензш о книгахъ, ииЪю- щихъ то или иное отношеше къ задачамъ Арханг. Общества изучещя Русскаго Севера. а) Отдгъльныя сочинеюя: 32. Носиловъ, К. Въ сн^гахъ. Разсказы и очерки изъ жизни сЬверныхъ ино- родцевъ. Москва. 1912. 8° (154-2(1) 173-|-3 нен. стр. 33. „На Дмитргп Солунскомъ“ вокругъ Новой Земли. СПБ. 1911. Издаше Тлавнаго Управлешя Землеустройства и Земледелия. Тип. Морского Министерства. 8’ /19-|-28) Х14-71 стр. Съ рис. и 2 карты. 34. Потребитель. Къ проэктамъ обложения пошлиной рыбы, привозимой изъ «Норвепи. Изд. Арх. Общ. изуч. Рус. С11 в. Архангельскъ 1912. Губернская типография 14 стр. цГна 20 к. 35. Обзоръ Архангельской Губернш за 1910 годъ. Архангельскъ. 1912. Губернская Типография. 208 стр. 36. На пути къ дфламъ будущаго на Печора. Изд. Арх, Общ. изуч. Рус. СЬв. .Архангельскъ ШТ.-ТипографияТуберская 7 стр. цЪна 10 к. 37. Обзоръ Вологодской губернш за 1910 годъ. Вологда 1911. Тип. Губери. Правд 4° (224-35) 3 нен.4-50 стр. 38. Папковъ, М. Изъ наблюдений надъ кормовыми и другими свойствами н'Ькото- рыхъ растешй Вятской губернш. Юрьевъ 1911. 10 стр. 39. Къ вопросу объ открытш въ горой Перми Политехническаго Института. Москва. 1911. Тип. Техникъ. 8“ (144-21) 21 стр. 40. Изыскания СЪверо-Восточно-Уральской желГзн. дороги. Месторождение ка- меннаго угля и др. полезныхъ ископаемыхъ въ района С'йверо-Восточно-Уральской жел. дороги. СНВ. 1911. Гип. Стойковой 8° (164-24) 14 стр. 41. Кучинъ, И. В. Правительственное и земское рыбоводство въ Уральскомъ краЬ и заграницей въ 1912 году. Уфа 1911. Тип. Губернская 8° (164-23) 41 стр. 42. Мелкихъ, А. Изъ экономической жизни Западной Сибири. Моска 1912. Тип. П. П. Рябушчнскаго 8° (15-|-23) 16 стр. 43. Таблица распредклешя цвЬтковыхъ и высшихъ споровыхъ растешй въ пре- дЩлахъ Западной'Сибири. Омскъ. 1911 24-32 стр. 44. Ежегодникъ Тобольска™ губернскаго музея. Годъ 17-й ВыпуСкъ XIX. Тобольск!. 1911. 8° П-|-41-|-36-|-214-104-31 (съ 1 табл.)-}-! У-|-136 (съ одной картой)ф-Ю стр . ц’Ьна съ Перес. 1 р. 25 к. 45 Дунинъ-Горкавичъ. Опытное сельско-хозяйственное дЬло на Тобольскомъ С4верЬ. Тобольскъ 1911. Тип. Губернская. 8° (17-|-261 17 стр 46. Андронниковъ, И. Материалы по землевлад’Ьнпо и экономическому быту осЪд- лыхъ инородцевъ Тобольской губ. Тобольскъ 1911. Изд. Главн. Упр. Землеустр. и Зем лед. Переселенч. Управл. Тобольскаго района. Тип. Губернская. Х4-3964-ВВХХИ4-3 нен. стр.4-1 карта. 47. Краузе, II. Геологичесюя изел^довавпя вь н Ькоторыхъ горнопромышленныхъ районахъ Иркутск, губ. Владивостокь 1911 Тип.В.КДогансена. 8°(184-26)444-2нен. стр. 48. Списокъ населенныхъ мГетъ Томской губ. на 1911 г. Томскъ 1911. Изд. Томск. Статист, комит. Типограф1Я Губ. Правд. 4° (20=32) 5774-ХХУ1 стр. 49. Отчетъ о деятельности Западно-Сибирскаго Общества сельскаго хозяйства за время съ 1 января 1905 по 1 января 1911. Томскъ 1911. Тип. Сибирск. Т—ва Печ. Д4ла. 8° (174-25) 134-2 нен. стр. 50. Су оровъ, Е Нисколько словъ о промысл-Ь морскихъ бобровъ на Камчатка. СПБ. 1911. Изд. Импер. Рос. О -ва рыбоводства и рыболовства. Тип. М. П. Фроловой. 8° (16-4 *25) 12 стр- <5) Статьи въ перюдическихъ издангяхъ и сборникахъ. 47. Извкстгя Архангельскаго Городского Обшественнаго Управлен1я и врачебносанитарное д-Ьло въ Арханг. губ. 1911 г. ,\а 2. Архангельскъ. 1911. Типо-литогр. „В. Черепанова Н-ки“ стр. 142.
№ 3. ИзвЪсття Архангельска™ Общества 144 48. Скдовъ, Г. Экспедищя на Новую Землю. „Топография, и Геодезия. журналъ" 1912, № 2 стр. 18-19. 49. Соболевской А. Ломоносовъ въ исторш русскаго языка. „Журналъ Министерства Народнаго 11росв4щен1я“. 1912, № 1 стр. 50-58. 50. Памяти М. В. Ломоносова. „Русская Мыель“ 1911, № 12 стр. 21 33. 51. Воскресенской, М. Мнхаилъ Васильевичъ Ломоносовъ, какъ естествоиспытатель. „Физикъ-Любитель". 1911, № 8 стр 177—188. 52. Зонне, К. Дилетанизмъ и малодоходность хозяйствъ у насъ на Севере. „Северное Хозяйство" 1911, № 23 стр. 177- 178. 53. О порядка крестьянскаго пользования въ казенныхъ даяахъ Архангельской губ., въ коихъ произведено предварительное разгранияен1е казны съ крестьянами. „Известия Главн. Управл. 3-ва и 3-л1я“ 1912, № 1, стр. 54—55. 54. Вывоза» леса изъ Архангельска въ 1911 году. „Лесопромышленный Вестникъ * 1912, № 3 стр. 28-29. 55. Цинисъ, С. Улуяшен1е естественныхъ луговъ въ Сольвычегодскомъ уезде. „Вестникъ Сельскаго Хозяйства" 1912, № 3 стр. 8—10. 56. Дубенской, А. Обзоръ деятельности Пермскаго 0тдел<н1я Крестьянскаго Поземельного Банка за 1911 г. „Пермсюй вести. Землеустр." 1912, стр. 8—12. 57. Вильскгй. Введение всеобщаго обуяешя въ г. Вятке. „ГородскоеДело" 1912, № 1 стр. 135-35. 58. Орлова», М. Застой въ развито! снбирскаго птицеводства, его причины и меры къ устраненпо. „ИзвесНя Комитета по Холо>ильному Делу". 1911. Выпускъ 6 стр. 31 — 35. 59. И. И. С. Распростри неюе слепоты среди Сибирскихъ инородцевъ. „Взвесил Востояно-Сибпрскаго отдела Импер. Рус.-Географ. Об-ва" 1911, томъ ХЬН стр. 87—92. 60. Красноженова, М. Матер1алы по народной медицине Енисейской губ. „Известия Востояно-Сибирскаго отдела Импер. Рус.-Географ. об-ва“. 1911, томъ ХЁП стр. 65—86. в) Газетных статьи. 36. Пушные промыслы и рынокъ „Сев. Утро" 1912 № 18. 37. Конвенция о международной охране котиковъ „Нет. Вед." 1912, № 9. 38. С. У. Земство въ Архангельской губ. „Арх-скъ" 1912, № 18. 39. Стерляжгй промыселъ въ Архангел, губерши. „Сев. Утро". 1912, № 17. 40. Постановка медицинской помощи въ Арханг. губ. „Сев. Утро". 1912, № 40. 41. К. С. Крестьяне и лесное ведомство (въ Пеяорскомъ у.) „Арх-скъ" 1912, 49 Г 1912, № 12. 43. Изъ жизни зырянскаго края (Устьсысольскъ у.) „Вологод. лист." 1912, №№ 340, 345. ............. «ы™» 44. Изъ Вологодской губ. (Развипе маслодел1я въ губерн!и7 „С.-Пет. Вед." 1912, № 8. 45. Коваль. Театръ въ гор. Вологде (Истор. Справка) „Вологод. лист." 1912, №№ 341, 343. 46. Народное образование въ Вологодск. уезде въ 1910—1911 учеб, году „Волог. мистокъ" 1912, №№ 340, 342, 343. 47. П-гй. Вопросы народнаго образовали въ Олонец, губ. земск. собранш „Шкода и Жизнь" 1912, № 3. 48. Къ вопросу о рацюнальвой организации психиатрия, дела въ Вятской губ. „Вят. Речь". 1012, № № 8, 9. 49. Травоспянге въ Вятской губ. „Вят. Речь". 1911, № 282. 50. Луговодство въ Вятской губернш „Сев. Сл." 1912, №8 (прод.). 51. Камскгй. Совещатпе на (пермской) бирже о Муллянской гавани. „Перм. Вед. *. 1910, № 8. 52. Егорова». Членъ Госуд. Думы. Страничка изъ земельнаго устройства на Урале „Перм. Край". 1912, № 2. 53. Волжанина. Еще одинъ железно-дорож. вар1антъ. (Къ вопросу о проведеши Московско сибирской магистрали. ..Пет. Вед." 19)2 л 13. 54. Мердеръ, А. Водный путь черезъ Северную Сибирь. .Россия" 1912, № 1887. 55. Томски! биржевой комитетъ о соединено!’ Сибир. рекъ съ Волгой. „Сибир. Жизнь". 1912, № 5. 56. Мурманское промыслы въ 1911 году. „Арх-скъ". 1912, № 10. Дв. „Нежить". Изъ Холмогор, уезда (Сует1р1я населешя) „Арх-скъ" Издатеаь Архангельское Общество мзучеюя Русскаго СЪвера. Редакторе В. Леигаузръ.
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=