И Российская академия наук Уральское отделение Коми научный центр ■ НАУЧНЫЕ ДОКЛАДЫ Л.А.Попова МЛАДЕНЧЕСКАЯ СМЕРТНОСТЬ: ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ, РЕГИОНАЛЬНАЯ СПЕЦИФИКА СЫКТЫВКАР 2010
ае/са /<! СЗ Российская академия иаук Уральское отделение Коми научный центр Научные доклады Выпуск 511 Л.А.Попова Младенческая смертность: история, современные тенденции, региональная специфика Доклад на заседании Президиума Коми научного центра УрО Российской академии наук Сыктывкар 2010
УДК 314.422.22(470.13) Л.А.Попова. Младенческая смертность: история, современные тенденции, региональная специфика. - Сыктывкар, 2010. - 32 с. (Научные доклады / Коми научный центр УрО Российской академии наук; Вып. 511). Рассматриваются закономерности динамики младенческой смертности в Российской Федерации на протяжении последнего столетия и ее современные тенденции. Раскрывается эволюция основных причин смертности на первом году жизни. Выявляются ее региональные особенности на примере одного из северных регионов России. Ь.А.Ророуа. 1пГап1 гпог(а1йу: 1н$1огу, шойетп 1теп(1$, ге«!опа1 ресиКагКу. - ЗукЕуукаг, 2010. - 32 рр. (ЗшепОйс герогЕз / Копп 8с1епсс СепЕге, 1Дга1 О1У18ЮП, Р.и881ап АсаОсту оЕ8с1епсез; 1ззие 511). Т1ге ге§и1апНе8 оЕ бупагшез оЕ тЕапЕ тогЕаНЕу т К.и881ап РеОегаОоп Йипп§ (Ис 1азЕ сепЕигу апс! 118 тодсгп ЕепОепшез аге ОезспЬеО. ТИс еуокйюп оЕ тат геазопз оЕ тЕапЕ тогЕаНЕу 18 §1усп. ТНс ге§юпа1 РеаЕигез оп ап ехатр1е оЕ опе оЕ погЕЬегп ге§юп8 аге сопзЮегес! тоге ОеЕаП. Редакционная коллегия A. М. Асхабов (отв. редактор), А.И. Таскаев (зам. отв. редактора), Н.В. Ладанова (отв. секретарь), И.А. Громов, А.В. Кучин, B. И. Лаженцев, Ю.С. Оводов, М.П. Рощсвский, А.Ф. Сметанин, Н.П. Юшкин Рецензенты д.э.н. В.В. Фаузср, к. филос. н. И.А. Козырева © Л.А.Попова, 2010 © Коми научный центр УрО Российской АН, 2010 библиотека1,^ Коми научного центра УрО РАН Коми научный центр Уро РАН
Введение Коэффициент младенческой смертности - число детей, умерших в возрасте до одного года, в расчете на 1000 родившихся живыми - является одним из основных индикаторов, характеризующих демографическую ситуацию в стране или регионе. Более того, наряду с показателем ожидаемой продолжительности жизни, коэффициент младенческой смертности признается важной характеристикой нс только развития населения, но и прогресса общества в целом. Его уровень считается объективным признаком социально- экономического и культурного благополучия страны, отражающим также и состояние служб здравоохранения [20, с. 91]. Современная ■ динамика уровня младенческой смертности, которую можно назвать единственной устойчиво позитивной тенденцией в демографическом развитии России, является, пожалуй, самым большим демографическим парадоксом рубежа XX и XXI вв. Его парадоксальное, казалось бы, ничем не объяснимое снижение в условиях глубокого социально-экономического кризиса, обусловившего беспрецедентный кризис смертности взрослого российского населения, еще удивительнее выглядит в ряде северных территорий, а также в некоторых регионах, которые с точки зрения социально-экономического развития принято называть депрессивными. Отличающиеся более значительными понижениями и уровня жизни населения, и показателя его ожидаемой продолжительности жизни, они характеризуются весьма существенным сокращением коэффициента младенческой смертности во второй половине 1990-х - в начале 2000-х гг. Как показывают перцентили (значения 5% регионов с лучшими и худшими показателями), в последние годы младенческая смертность быстрее всего снижалась именно в наиболее проблемных регионах страны [9]. В результате в некоторых из них, в частности в Республике Коми, сформировались устойчиво низкие значения коэффициента младенческой смертности, сопоставимые с уровнем, характерным для промышленно развитых стран. В то же время показатель продолжительности жизни здесь не только по-прежнему очень существенно - на 13-19 лет - ниже, чем в странах с максимальными значениями этого показателя, но и остается стабильно меньше среднероссийского уровня. Две основополагающие демографические характеристики, которые принято считать «маркерами» социально-экономического положения - младенческая смертность и ожидаемая продолжительность жизни насс- 3 Коми научный центр Уро РАН
лсния - оказались диаметрально противоположными. И Республика Коми, подчеркнем еще раз, не единственный регион страны, в котором проявилась такая инверсия этих двух показателей: продолжительность жизни населения ниже при меньших значениях младенческой смертности, в то время как должно быть наоборот. Все это обуславливает актуальность анализа эволюции уровня и структуры младенческой смертности, раскрытия се современных региональных особенностей и выявления новых закономерностей. 1. Динамика уровня младенческой смертности в России Минувшее столетие во всем мире ознаменовалось колоссальным снижением младенческой смертности. В начале XX в. даже в самой передовой в этом отношении Норвегии умирал, не дожив до года, каждый 12 — 13-й новорожденный, во Франции — каждый седьмой, в Германии - каждый пятый, в России - каждый четвертый [И]. Но уже к середине столетия положение разительно изменилось, а вторая половина XX в. принесла небывалые успехи в снижении смертности детей до одного года. Россия участвовала в этом движении с переменным успехом. В конце XIX - начале XX в. коэффициент младенческой смертности составлял здесь 260-275 на 1000 родившихся (табл. 1). Высокие показатели определялись неправильным кормлением, антисанитарными условиями жизни, тяжелым физическим трудом матерей в период беременности, плохим питанием, неумелым уходом за детьми, недостатком медицинской помощи [15, с. 149]. Показатели младенческой смертности в России в конце XIX- начале XX в. ,[14] Таблица 1 Годы Число умерших на первом году жизни из 1000 родившихся Годы Число умерших на первом году жизни из 1000 родившихся 1867- 1871 267 1892 - 1896 275 1872- 1876 273 1897 1901 260 1877- 1881 270 1902 - 1906 253 1882- 1886 271 1907- 1911 244 1887 1891 269 [14]. 4 Коми научный центр Уро РАН
Затем на протяжении столетия младенческая смертность в России снижалась, хотя не раз в кризисные годы уменьшение ее уровня прекращалось и даже сменялось ростом. Но в целом все же преобладало снижение. Весьма значительные темпы сокращения младенческой смертности были характерны для первой половины 1920-х гг., когда в результате революционных реформ здравоохранения и медицинской помощи населению снижение смертности затронуло практически все возрастные группы населения и все доминировавшие на тот момент причины смерти [8, с. 94]. ЕЗ 1926 г. показатель смертности детей до одного года составил в России 188 на 1000 родившихся (табл. 2), т.е. за первую четверть XX в. он сократился почти на 30%. Таблица 2 Динамика коэффициента младенческой смертности в Российской Федерации и Республике Коми на 1000 родившихся ‘[3; 4; 5; 6; 7; 19; 22; 27]. Годы Российская Федерация Республика Коми Годы Российская Федерация Республика Коми 1926 188,0 166,3 1991 17,8 16,4 1940 205,2 312,8 1992 18,0 17,3 1950 88,4 125,9 1993 19,9 18,8 1955 62,1 80,7 1994 18,6 21,4 1960 36,6 46,6 1995 18,1 25,3 1965 26,6 38,6 1996 17,4 16,9 1970 23,0 27,5 1997 17,2 16,7 1975 23,7 27,7 1998 16,5 16,9 1980 22,1 22,3 1999 16,9 16,7 1981 21,5 23,9 2000 15,3 13,0 1982 20,4 22,9 2001 14,6 9,4 1983 20,1 20,6 2002 13,3 10,9 1984 20,9 20,7 2003 12,4 9,4 1985 20,7 21,9 2004 11,6 8,6 1986 19,3 18,9 2005 11,0 8,7 1987 19,4 20,1 2006 10,2 7,0 1988 18,9 20,2 2007 9,4 7,6 1989 17,8 18,9 2008 8,5 6,6 1990 17,4 16.5 2009 8,1 5.1 5 Коми научный центр Уро РАН
В дальнейшем уровень младенческой смертности колебался под влиянием экономических и социальных катаклизмов. Свертывание новой экономической политики, начало индустриализации экономики и, особенно, коллективизации сельского хозяйства привели к росту показателей до уровня первого десятилетия XX в. Своего пика (295,1%о) они достигли в 1933 г., характеризовавшемся массовым голодом населения. Лишь к концу 1930-х гг. смертность на первом году жизни в России вновь стала устойчиво сокращаться. В основе этого лежало последовательное претворение в жизнь мер по охране материнства и детства, рост санитарной грамотности населения, улучшение качества медицинской помощи [10, с. 48]. Но особенно успешными с точки зрения динамики младенческой смертности оказались первые два десятилетия после Великой Отечественной войны (рис. 1). Принципиальное снижение ее уровня произошло в России еще в конце войны - с появлением и использованием при лечении желудочно-кишечных инфекций и пневмоний таких эффективных средств, как антибиотики и сульфаниламидные препараты, которые привели к значительному сокращению смертности детей до одного года от болезней органов дыхания и инфекционных заболеваний [17]. В результате уже в первом послевоенном 1946 г. коэффициент младенческой смертности составил в России 124,0%о [11] по сравнению с 205,2%о в 1940 г. А к середине 1960-х гг. смертность на первом году жизни снизилась в стране еще в пять раз: до 26,6%о в 1965 г. %0 250,0 ГОДЫ Число умерших в возрасте до одного года на 1 000 родившихся живыми Рис. 1. Динамика коэффициента младенческой смертности в России за 1940 - 2009 гг. на 1000 родившихся. 6 Коми научный центр Уро РАН
Сокращение младенческой смертности убывающими темпами продолжилось и в дальнейшем. За последние 40 с лишним лет - с середины 1960-х гг. - ее уровень уменьшился в стране более чем в три раза. Однако это снижение неоднократно прерывалось периодами повышения показателя: в 1972 - 1976, 1984, 1987, в 1991 - 1993 и 1999 гг. В начале 1970-х гг. рост младенческой смертности был весьма продолжительным и существенным: за пять лет ее уровень увеличился на 17,9% (с 21,2%о в 1971 г. до 25,0 в 1976 г.). И этот феномен, безусловно, требует своего объяснения и нуждается в отдельном исследовании - мы коснемся его во втором разделе настоящей работы. В то же время природа также достаточно заметного подъема показателя в начале 1990-х гг. - с 17,4%о в 1990 г. до 19,9 в 1993 г. (на 14,4%) - вполне объяснима: он имеет по большей части формальный характер. Дело в том, что наиболее весомый за эти годы прирост смертности младенцев произошел в 1993 г., и он полностью объясняется переходом в стране с 1 января 1993 г. на определение живорождения в соответствии с рекомендациями Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Живорождение - понятие, используемое при учете числа рождений и означающее рождение ребенка живым. Согласно рекомендациям ВОЗ, живорождение - это полное изгнание или извлечение из организма матери продукта зачатия вне зависимости от продолжительности беременности, причем плод после такого отделения дышит или проявляет другие признаки жизни, такие как сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры, независимо от того, перерезана пуповина и отделилась ли плацента. Каждый продукт такого рождения рассматривается как живорожденный [25]. До 1 января 1993 г. единственным признаком жизни в России признавалось дыхание, т.е. рождением ребенка (живорождением) считалось полное выделение или извлечение из организма матери плода при сроке беременности 28 недель и больше (ростом 35 см и больше, массой 1000 г и больше), который после отделения от тела матери сделал самостоятельно хотя бы один вдох. Кроме того, к живорожденным относились плоды, родившиеся до 28 недель беременности (ростом менее 35 см и массой тела менее 1000 г), прожившие более семи дней (т.е. пережившие перинатальный период) [13, с. 177-178]. Согласно инструкции Минздрава Российской Федерации, утвержденной приказом № 318 от 4 декабря 1992 г., с 1 января 7 Коми научный центр Уро РАН
1993 г. в стране были официально приняты рекомендованные ВОЗ международные определения живорождения. Однако регистрации в органах ЗАГС до сих пор подлежат только родившиеся с массой тела 1000 г и более, включая живорожденных с массой тела менее 1000 г при многоплодных родах (или, если масса при рождении неизвестна, длиной тела 35 см и более, или сроком беременности 28 недель и более). Все новорожденные с массой тела от 500 до 999 г регистрируются лишь в тех случаях, если они прожили более 168 ч после рождения (полных семь суток) [27]. Иными словами, отечественная государственная демографическая статистика рождаемости, перинатальной (перинатальный период - с 28 недель беременности до конца первых семи суток внеутробной жизни) и младенческой смертности в отличие от других стран, как и прежде, не содержит данных о случаях рождений живыми и смертей детей с массой тела менее 1000 г. Переход на мировые стандарты, даже и в более мягком варианте, по оценкам специалистов, должен был увеличить коэффициент младенческой смертности в России примерно на 30%. На деле рост показателя составил в 1993 г. немногим более 10%. Некоторыми специалистами тогда это было расценено как манипулирование учреждениями родовспоможения статистикой живорождае- мости и подтасовка фактов в целях приукрашивания реальной ситуации с младенческой смертностью. Однако в последующие годы в стране фиксируется устойчивое и последовательное снижение смертности детей до одного года. Очевидно, что переход на новые критерии живорождения совпал по времени с началом этого процесса, и именно это обусловило не очень значительный рост показателя младенческой смертности в 1993 г., который, по всей видимости, целиком носит формальный характер, связанный с более полным учетом смертности на первой неделе жизни. Таким образом, можно утверждать, что наблюдавшееся в России в начале 1990-х гг. увеличение уровня смертности детей до одного года по- настоящему характерно лишь для 1991 - 1992 гг., и оно было не особенно существенным: за два года не более чем на 3,5%. К настоящему времени, несмотря на устойчивое снижение в течение весьма продолжительного периода, показатель смертности на первом году жизни в России лишь достиг уровня, характерного для промышленно развитых стран еще в середине 1970-х гг., когда в Европе было уже немало стран, в которых коэффициент младенческой смертности был меньше 15%о. В некоторых из них он уже 8 Коми научный центр Уро РАН
тогда опустился ниже 10%о. В 1990 г. 10 смертей до одного года на 1000 родившихся в Западной Европе считались уже признаком неблагополучия, а в начале 2000-х гг. во многих европейских странах этот показатель опустился ниже 5%о [16]. Иными словами, отставание России, которая лишь в 2007 г. пересекла отметку в 10%о, остается еще очень значительным. Достигнутый сейчас в России уровень младенческой смертности (в 2009 г. 8,1 на 1000 родившихся живыми) до сих пор остается примерно в три-четыре раза выше, чем во многих развитых странах, и существенно выше, чем в среднем по странам ЕС и Восточной Европы, включая и бывшие европейские республики СССР [12]. При этом нельзя забывать, что расчет младенческой смертности в России по-прежнему ведется не по всем критериям ВОЗ: статистика не содержит данных о случаях рождений живыми и смертей детей с массой тела от 500 до 999 г. За счет различий в определении живорождения оценки ООН более чем на четверть превышаю!' официальные показатели Росстата. Так, согласно данным ООН, в 2005 - 2009 гг. значение коэффициента младенческой смертности среди 196 стран мира варьирует от трех умерших в возрасте до одного года на 1000 родившихся живыми в Исландии, Норвегии, Сингапуре, Финляндии, Швеции, Японии до 157 в Афганистане. В 32 странах, включая Израиль, Кубу и Южную Корею из числа менее развитых по применяемой ООН классификации, его значение не превышает 5, а в 63 странах - 10%о. Российская Федерация в этом ряду делит 64-68 места с Болгарией, Оманом, Сербией и Украиной с показателем - 12 умерших в возрасте до одного года на 1000 родившихся живыми [26]. Официальные данные Росстата за тот же период составляют 9,5%о. Но даже в соответствии с ними Россия не очень значительно - лишь на 10-20 мест - переместится выше в ранжированном ряду стран. 2. Эволюция структуры младенческой смертности Основными причинами смерти на первом году жизни в начале XX в. были желудочно-кишечные и инфекционные заболевания, болезни органов дыхания [10, с. 47]. На протяжении длительного периода снижение смертности младенцев происходило за счет этих экзогенных причин, определявшихся, прежде всего, условиями жизни населения, уровнем его санитарно-гигиенической культуры и развитостью системы медицинской помощи и родовспоможения. 9 Коми научный центр Уро РАН
Поистине революционные изменения в уровне младенческой смертности, произошедшие в России в 1920-е гг. и в первое послевоенное двадцатилетие, связаны именно со снижением смертности детей до года от внешних болезней в результате послеоктябрьских реформ здравоохранения и последовательного претворения в жизнь мер по охране материнства и детства, роста санитарной грамотности населения и улучшения качества медицинской помощи, открытия и внедрения в медицинскую практику антибиотиков и сульфаниламидов, совершивших переворот в эффективности лечения желудочно-кишечных инфекций и пневмоний. В результате неуклонного снижения уровня младенческой смертности от экзогенных причин происходило постепенное уменьшение их удельного веса в структуре смертности младенцев по причинам смерти. Тем не менее, в начале 1960-х гг. первое место в структуре по-прежнему занимали болезни органов дыхания (табл.З). Однако к этому времени на вторую позицию уже вышли состояния, возникшие в перинатальном (до седьмых суток жизни) периоде, потеснив болезни органов пищеварения и инфекционные и паразитарные болезни, соответственно, на третье и четвертое места. Если в начале 1960-х гг. лишь четвертая часть смертей на первом году жизни определялась причинами внутреннего развития плода, то к середине указанного десятилетия, когда врожденные аномалии поднялись на третью позицию, эндогенные причины стали определять более 40% смертей детей до одного года. На этом уровне удельный вес внутренних причин младенческой смертности сохранялся практически до первой половины 1980-х гг. Такая стагнация эволюции структуры смертности на первом году жизни определялась значительным сокращением темпов снижения младенческой смертности от экзогенных причин с последующим возрастанием ее уровня. По сути, рост в стране уровня младенческой смертности в начале 1970-х гг. был обусловлен, прежде всего, возрастанием показателей смертности от болезней органов дыхания и. особенно, от инфекционных и паразитарных болезней, испытавших за 1970 - 1975 гг. почти двукратное увеличение, и в меньшей степени - возрастанием уровня смертности от врожденных аномалий. Это демонстрирует определенные неудачи в деятельности российского здравоохранения в тот период, отчасти связанные с постепенным снижением эффективности антибиотиков в результате мутаций вирусов и отставанием в условиях ограничен10 Коми научный центр Уро РАН
Таблица 3 Динамика уровня младенческой смертности в России по причинам смерти на 10000 родившихся живыми* [7; 10; 25]. * Коми научный центр Уро РАН
ности ресурсов процесса внедрения новых лекарственных препаратов от потребности в них. Болезни органов дыхания занимали лидирующую позицию в структуре причин младенческой смертности до первой половины 1980-х гг. К середине 1980-х гг., когда на первое место вышли состояния, возникшие в перинатальном периоде, доля эндогенных причин смертности детей до одного года превысила половину. А с выходом к концу этого десятилетия на второе место смертности младенцев от врожденных аномалий, внутренние причины стали определять практически две трети случаев (66-67%) смертности на первом году жизни. Таким образом, 1980-е гг. - это период активных позитивных сдвигов в структуре младенческой смертности по причинам, в результате которых в России была достигнута структура, характерная для промышленно развитых стран: смертность на первом году стала определяться преимущественно эндогенными причинами. Переход к современной структуре младенческой смертности, на наш взгляд, в основном завершил эпидемиологический переход, первый этап которого закончился в стране к середине 1960-х гг. с выходом болезней системы кровообращения на первое место среди причин смертности взрослого населения. В начале 2000-х гг. главными причинами смерти на первом году жизни в России являются состояния, возникшие в перинатальном периоде, и врожденные аномалии. Они определяют 50 и 24% смертей мальчиков и 47 и 25% смертей девочек соответственно. На занимающие третье место болезни органов дыхания приходится 9% смертей мальчиков и 10% смертей девочек [1]. Четвертую и пятую позиции занимают несчастные случаи, отравления и травмы, инфекционные и паразитарные болезни. На шестом месте - болезни органов пищеварения, уровень младенческой смертности от которых за период с начала 1960-х по начало 1990-х гг. сократился в России более чем в 50 раз, а в последние два десятилетия во многих регионах страны в течение ряда лет не фиксируется ни одного случая смерти младенцев от этой причины. Следует отметить, что устойчивый возврат в начале 2000-х гг. несчастных случаев, отравлений и травм на четвертую позицию в структуре младенческой смертности (подобное наблюдалось в России на рубеже 1960 - 1970-х гг.) связан не только с успехами в снижении смертности на первом году от инфекционных и паразитарных болезней, которая за последние 30 лет сократилась в Коми научный центр Уро РАН
стране более чем в 10 раз, но и с увеличением на протяжении 1990-х гг. показателей смертности от несчастных случаев, свидетельствующим об усилении проблемности функционирования российской семьи. А в самые последние годы смертность младенцев от несчастных случаев практически вытесняет смертность от болезней органов дыхания с третьего места. В частности, в 2009 г., составив 5,7%о, она превысила уровень младенческой смертности от болезней органов дыхания (5,4%о) и вышла на третью позицию [7]. Учитывая, что этот процесс идет на фоне снижения и того, и другого показателей, его можно расценивать как свидетельство эффективности деятельности российского здравоохранения при нс столь впечатляющих успехах в улучшении жизнедеятельности семьи. Младенческая смертность от причин перинатальной смерти и врожденных аномалий в странах ЕС, США и Японии последовательно снижалась на всем протяжении послевоенного времени [1]. В России, как можно видеть (табл. 3), со снижением уровня младенческой смертности от экзогенных болезней постепенно росла не только доля внутренних причин смертности младенцев (в настоящее время она составляет около 70%), но практически до начала 2000-х гг. их уровень в целом также характеризовался возрастающим трендом. Смертность младенцев от перинатальных причин в 2000 г. была практически такой же, как в 1960 г., а от врожденных аномалий - заметно выше. Начало устойчивого сокращения уровня младенческой смертности от состояний, возникших в перинатальном периоде, можно датировать лишь первой половиной 1990-х гг., а от внутренних аномалий развития плода - второй половиной указанного десятилетия. В начале 2000-х гг. уровень смертности детей до одного года от перинатальных причин, во многом связанной с состоянием системы родовспоможения, в России все еще в 1,6-1,8 раз выше, чем в США, в 2,5-3 раза выше, чем в странах ЕС, и в шесть-семь раз выше, чем в Японии. При этом еще раз напомним, что, согласно действующему в нашей стране определению живорождения, смерти на первой неделе жизни детей, родившихся с массой тела до 1000 г, классифицируются государственной статистикой как мертворождения, что примерно на четверть занижает уровень младенческой смертности по сравнению со странами, где применяется официальное определение ВОЗ. Именно высокая смертность от перинатальных причин определяет больший, чем на Западе, разрыв показателей смертности мальчиков и девочек на первом году жизни. В 13 Коми научный центр Уро РАН
России после 1992 г. он составляет в среднем 33%, на Западе 18-24 [1]. Параллельно снижению удельного веса экзогенных причин младенческой смертности в России происходило сокращение доли се постнеонатальной составляющей (в возрасте от 28 дней до одного года), что привело к постепенной концентрации смертности младенцев в первом месяце жизни, т.е. к увеличению доли неонатальной смертности (в возрасте до 28 дней). Следует отмстить, что возрастающая концентрация младенческой смертности на первом месяце - характерное явление для развитых стран начиная со второй половины XX в. Одновременно в составе неонатальной смертности увеличивается удельный вес ранней неонатальной смертности, т.е. на первой неделе жизни, когда организм ребенка наиболее уязвим, и предотвращение смерти в случае возникновения заболевания особенно сложно. Если же младенец благополучно миновал этот период наибольшего риска, его шансы на выживание повышаются, а современное здравоохранение, располагающее эффективными средствами борьбы за жизнь ребенка резко увеличивает их. Поэтому снижение младенческой смертности сопровождается изменением соотношения ее неонатальной и постнеонатальной компонент: постнеонатальная смертность становится все более контролируемой, и се вклад уменьшается. В последнее время доля неонатальной смертности в большинстве стран Европейского региона стабилизировалась в среднем на уровне 65-70%, при слабой тенденции к снижению этой доли в последние годы [12]. В России удельный вес умерших на первом месяце жизни за период с 1990 по 2008 г. также немного снизился, оставаясь при этом на довольно высоком уровне. Учитывая, что основная доля умерших в неонатальном периоде приходится на первую неделю жизни, это свидетельствует о том, что в России довольно успешно борются с ранней неонатальной смертностью (т.е., в основном, в родильном доме), которая сократилась по сравнению с 1990 г. более чем в 2,5 раза [12]. С другой стороны, увеличение удельного веса постнеонатальной составляющей младенческой смертности демонстрирует, что в стране имеются большие резервы снижения младенческой смертности за счет этой компоненты. Следовательно, наряду с дальнейшим увеличением эффективности работы здравоохранения, направленной на сокращение как неонатальной, так и постнеонатальной смертности, следует усилить внимание к социаль14 Коми научный центр Уро РАН
ным возможностям сокращения уровня постнеонатальной смертности, связанным со снижением проблемности функционирования российской семьи и повышением доступности своевременной квалифицированной медицинской помощи. 3. Особенности младенческой смертности в Республике Коми В Республике Коми уровень младенческой смертности буквально до начала 1980-х гг. заметно превосходил средний по стране (см. табл. 2). Послевоенное снижение началось здесь с некоторой задержкой и заняло большее время. Если в целом по России уже в 1970-е гг. показатель стабилизировался на уровне 21-25%о, то в Коми в это время он еще довольно существенно сокращался. Лишь к началу 1980-х гг., когда в стране удалось добиться значительного снижения смертности младенцев от болезней органов дыхания, являвшихся на тот момент главной причиной младенческой смертности, здесь был достигнут уровень, близкий к общероссийскому. А уже спустя 10 лет показатель смертности на первом году жизни оказался в республике меньше, чем по России в целом (в 1990 г. 16,5%о против 17,3). Это было результатом значительного уменьшения в Коми уровней младенческой смертности от болезней органов дыхания, инфекционных и паразитарных заболеваний и врожденных аномалий, которые к этому времени стали существенно ниже среднероссийского уровня, и практически полного преодоления смертности младенцев от болезней органов пищеварения: в период после 1990 г. она фиксируется здесь лишь в отдельные годы. Перегибы тенденций младенческой смертности в республике в целом повторяли общероссийские, однако, как правило, с некоторым запаздыванием по срокам. Последний период заметного возрастания показателя также начался немного позже, однако, в Коми он оказался и более продолжительным, и гораздо более существенным. Как уже отмечалось, по России в целом за 1990 - 1993 гг. коэффициент младенческой смертности увеличился на 14,4% (до 19,9%о), в Республике Коми с 1991 по 1995 г. он возрос более чем в 1,5 раза, составив в 1995 г. 25,3%о. Для сравнения, в том же году в Швеции этот показатель составил 3,7%о, в Японии - 4,2%о, т.е. был ниже в шесть-семь раз. При этом нарастание темпов прироста его уровня наблюдалось в республике вплоть до 1995 г. 15 Коми научный центр Уро РАН
Особенно значительно коэффициент младенческой смертности вырос в сельской местности, достигнув в 1995 г. 28,0 на 1000 родившихся (рис. 2). Его рост начался здесь на год раньше и за пять лет (с 1990 по 1995 г.) составил 73,9%. В городской местности республики уровень смертности детей до одного года увеличился в 1991 - 1995 гг. на 51,9%. %0 годы —■— Все население * Городское население Сельское население Рис. 2. Динамика коэффициента младенческой смертности в городской и сельской местности Республики Коми на 1000 родившихся. После 1995 г. в Республике Коми наблюдается в целом позитивная динамика показателя младенческой смертности. За 1995 — 2009 гг. его уровень сократился практически в пять раз, составив в 2009 г. 5,1 на 1000 родившихся. Это заметно ниже общероссийского уровня (8,1%о). Здесь следует подчеркнуть, что если за весь послевоенный период до начала 1990-х гг. лишь в отдельные годы (в 1984 и 1986 гг.) республиканские показатели смертности на первом году жизни оказывались ниже среднероссийского уровня, то на протяжении 1990-х - начала 2000-х гг. они, как правило, ниже (рис.З). Только в 1994 - 1995 и 1998 гг. коэффициент младенческой смертности в Республике Коми превысил уровень в целом по стране. В 1998 г. разница была совсем незначительной, и ее можно отнести на действие случайных факторов. А в 1994 - 1995 гг. наблюдалось весьма заметное превышение республиканскими показателями общероссийского уровня. 16 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=